Великий Тамерлан. «Сотрясатель Вселенной»

Всю свою армию французский король разделил на четыре больших отряда. Построив их один за другим, собравшись поочередно бросать их во фронтальную атаку отменно укрепленных позиций островитян и их гасконских союзников. Первыми надлежало вступить в бой 500 конным рыцарям – в основном это были немецкие наемники – под началом маршалов Арно д’Одрегема (1302/1307 – 1370) и Жана II де Клермона-Неля (1297 – 1356); по 250 человек у каждого. Второй отряд состоял из спешенных рыцарей под руководством дофина (наследника престола) Карла. Третий отряд рыцарей (один из самых крупных во всем войске) тоже был спешен и его возглавлял брат короля, Филипп де Валуа, герцог Орлеанский (1336 – 1375). Четвертый и самый крупный отряд (чуть ли не в 10 тыс. воинов) возглавил сам король Франции Иоанн II. Подоспевшее было подкрепление в лице городского ополчения Пуатье французский государь отослал назад, самонадеянно заявив, что его доблестные рыцари сами разобьют врага без помощи каких-то там простолюдинов. Иоанн II так и не сделал надлежащих выводов из катастрофы, постигшей французов под Креси, и по-прежнему уповал на всесокрушающую мощь своих многочисленных рыцарей, закованных в лучшую броню Европы с ног до головы.

Конному отряду тяжеловооруженных рыцарей предстояло расчистить таранным ударом вражеских лучников засевших в виноградниках. Только после этого отряды спешенных рыцарей, защищенных латами, должны были несокрушимой фалангой раздавить врага. Спешив большую часть своих рыцарей Иоанн II попытался было нейтрализовать тактические преимущества вставших в плотную оборону вражеских лучников. Боевых коней оставили в Пуатье, а для удобства передвижения срезали длинные мыски рыцарских сапог, сняли роскошный атрибут рыцарского облачения – шпоры и укоротили их тяжелые копья. Но идущий в пешую атаку рыцарь – это по сути нонсенс: он силен прежде всего в быстром таранном ударе верхом на коне, где он чем-то сродни «живому танку», давящему вражескую пехоту одними только разворотами в разные стороны своего массивного коня. Пешком дойти живым до искусных английских стрелков, когда им никто и ничто не мешает вести прицельную стрельбу и у них достаточно стрел для массированного обстрела приближающего врага – пусть и закованного в броню, мало кому когда-либо удавалось.

Французский король собрался сражаться при Пуатье, копируя тактику англичан при Креси. Он не понимал, что секрет успеха неприятеля в той битве состоял в том, что спешенные рыцари врага использовались лишь как надежная опора и защита лучников с их ураганным огневым валом, преодолеть который смерти подобно. Но у короля французов таких стрелков не было и в помине: его арбалетчики не шли ни в какое сравнение с ними по опустошительности огня. Кроме того, спешив своих рыцарей, Иоанн II лишил их главного козыря – подвижности и ударной мощи. Более того, обладая весомым численным превосходством, он отказался от окружения малочисленного противника. В общем, несмотря на всю ратную доблесть своего многочисленного рыцарства, король Франции проиграл решающее сражение еще до его начала.

Кровавая битва началась около 9 часов утра.

Историки не исключают, что ее начало могло быть искусно спровоцировано задуманным маневром части левофланговых сил принца Уэльского. Отряд графа Уорика то ли искусно сымитировал, то ли на самом деле начал отход по приказу своего принца к броду Гю-де-л’Омм. Есть мнение, что Черный Принц на самом деле собрался под прикрытием части своих войск отвести повозки с награбленной богатейшей добычей подальше от боевых позиций и это действительно могло быть началом общей ретирады. В то же время, начать отход под непрестанным оком готового к бою неприятеля – идея крайне рисковая. Даже с учетом того, что большая часть врага – это спешенные рыцари, чьи кони находятся далеко в тылу. Так или иначе, но это был очень не простой маневр: англичанам предстояло пересечь болото по узкой гати. В арьергардном заслоне осталось лишь немного воинов. Французы вовремя заметили начало ретирадного движения неприятеля и 250 конных рыцарей маршала д’Одрегема, не согласовав своих действий с рыцарским отрядом де Клермона, в одиночку немедленно бросились в атаку на отступающего врага. Для англичан, решиться на отход со своих позиций на виду у готового к атаке неприятеля означало, что они максимально уверены в своих силах, отменно дисциплинированы и находятся под умелым командованием. И действительно, как только неприятельские всадники погнали своих коней вперед, люди Уорика моментально вернулись на свои позиции.