Великолепный мозг в любом возрасте

Карлосу было 8 лет, когда его привели в мой кабинет, чтобы разобраться с проблемами его поведения, особенно дома. Он начал с того, что ненавидит свою младшую сестру.

— Она все время меня злит, — сказал он. — У меня нет другого выбора, только кричать на нее и бить ее.

Когда он сказал, что у него нет другого выбора, мои брови сами собой полезли на лоб.

Увидев мою реакцию, он еще раз оправдал свое поведение:

— У меня нет выбора. Она все время меня злит.

— Что делаешь ты, чтобы позлить ее? — спросил я мягко.

— Ничего.

Сделал паузу и повторил:

— Абсолютно ничего.

Я сидел молча.

— Ну, — он помолчал, а затем криво усмехнулся: — Иногда я беру некоторые ее вещи.

— Еще что-нибудь?

Карлос напрягся.

— Я кричу на нее, говорю, что не буду с ней играть и не обращаю на нее внимания, когда она говорит со мной.

— Так, — сказал я, — ты злишь ее. Я подозревал такое. А что ты делаешь, чтобы порадовать ее?

Тогда он сказал, что играет с ней, помогает выполнять детсадовские домашние задания, говорит ей спасибо, улыбается ей. Однако у Карлоса было гораздо больше возможностей, чем он думал. Раскрытие других способов улучшения отношений с сестрой, а также осознание того, как он эти отношения портит, помогло Карлосу изменить свою позицию жертвы и все свое поведение.

Что вы можете сделать сегодня, чтобы улучшить ваши отношения?

Сопереживание

_{Если в результате прочтения этой книги вы приобретете лишь одно умение — вставать на точку зрения другого человека, смотреть на ситуацию с его позиции… — она может оказаться краеугольным камнем вашей карьеры.}

_{Дэйл Карнеги, «Как завоевывать друзей и приобретать влияние на людей»}

Когда я писал эту книгу, я ездил со своей семьей на отдых на Гавайи. Однажды, сидя на раскладном диване вместе с четырехлетней Хлоей, я читал ей сказку. Ее мама вошла в комнату и случайно наткнулась на угол тумбы для телевизора. Увидев это, Хлоя в тот же момент сказала «Ох!», как будто сама почувствовала боль. Тронутая беспокойством дочери, Тана обняла девочку и сказала, что ей не больно. Этот эпизод не выходил у меня из головы на протяжении всей поездки. То была квинтэссенция эмпатии — человеческой способности чувствовать то, что чувствуют другие. Я думал, могли бы мои пациенты, страдающие аутизмом (которые плохо понимают язык человеческих взаимодействий), понять суть этого происшествия. Слава богу, зеркальные нейроны Хлои работали исправно. Поясню.