Весть Истины и Прямой Путь к Себе

Поклонники собрались вокруг и пытались спасти Его физическое тело. Один такой поклонник, Аннамалай Тамбиран, начал почитать молодого Свами, предлагая фрукты, цветы и фимиам жженой камфоры, как если бы Он был священной статуей в храме. Первый день этого странного почитания прошел без протеста, но когда Тамбиран назавтра пришел вновь, снова принеся пищу и собираясь повторить свое почитание, то увидел рядом на стене такую надпись на тамили, сделанную древесным углем: «Это (пища) — достаточная служба для этого (тела)». Отсюда стало ясно, что юный Свами грамотен. Позднее другой почитатель выполнил сатьяграху[99] и принудил Свами написать, что его зовут Венкатараман и что он родом из Тиручули.

Таким образом родные узнали о местопребывании юноши, и дядя Нелайаппа Айяр приехал, чтобы забрать Свами домой, но не получил от Него никакого ответа. Позднее мать и старший брат пытались вернуть Свами опять безуспешно: юноша молчал. Наконец, уступив мольбе одного из поклонников, Свами написал им по-тамильски на клочке бумаги:

«Правитель всего управляет судьбами душ в соответствии с их прошлыми деяниями, их прарабдха кармой. Чему не суждено случиться, не случится. Что должно случиться, случится, несмотря на любые попытки это предотвратить. Здесь нет сомнений. А потому тишина — лучше всего».

Итак, мать и брат уехали ни с чем, а Брахмана Свами, как Его стали называть, остался у подножия Горы, хотя и менял здесь одно место пребывания на другое.

В 1907 году Кавьякантха Ганапати Муни, знаменитый поэт, писавший на санскрите, который в течение ряда лет практиковал интенсивную садхану, стал преданным последователем Брахманы Свами. Именно он и его ученики были первыми, кто начал называть молодого Свами Бхагаваном Шри Раманой Махарши.

Бхагаван Рамана жил в большом Храме и рядом с ним около года, в течение следующих двух лет на расстоянии мили к востоку от Храма и затем около 15 лет вблизи и в самой пещере Вирупакша на большой Горе Святого Сигнального Пламени[100]. После этого Он шесть лет оставался в ашраме, названном Скандашрамом, который был построен для Него группой энтузиастов-поклонников, возглавляемой Скандасвами. Это была скалистая местность. покрытия колючим грушевым кустарником, совершенно непригодная для постройки жилища.

Шри Рамана Махарши, 21 год

Но пылкая любовь и неутомимый труд преданных почитателей сделали невозможное возможным. Бхагаван рассказал мне, что в честь Скандасвами это место стали называть Скандашрамом.

В период пребывания Бхагавана в пещере Вирупакша Его мать приехала к Нему и занялась приготовлением пищи. До этого преданные (ученики и почитатели) Бхагавана просили пищу на улицах (Тируваннамалая) и делили ее между всеми, кому случилось быть тогда в ашраме. Бхагаван перебрался в Скандашрам в 1916 году. Мать была там с Ним и умерла в мае 1922 года. Ее тело было захоронено в месте, где ныне стоит Храм Матхрубхутешвара[101]. Бхагаван имел обыкновение посещать это Самадхи[102]. Однажды, в декабре 1922 года, Он, как обычно, пошел туда, но уже больше не вернулся в Скандашрам и прожил там до Своего махасамадхи[103]⁰ в апреле 1950 года, то есть более 27 лет. Вокруг Самадхи Матери выросла группа строений, которую мы называем Шри Раманашрамом. Бхагаван был доступен всем. Он существовал, двигался и разговаривал подобно любому из нас. Казалось, Он жил в мире, но, однако, Его реальное бытие было вне мира. Он жил без какой-либо привязанности к своему окружению. Это состояние бытия в книгах сравнивают с состоянием человека, крепко спящего в повозке. Для него безразлично, движется повозка или останавливается, выпрягаются ли волы из упряжи. Джняни, чье „я” уничтожено, чей ум или эго убито и кто спит в Себе, то есть погружен в Самость, не озабочен тем, что он может или не может делать в этой жизни. Другими словами, Махарши жил в Тируваннамалае как сахаджа ништха[104]¹, легко доступный любому, кто хотел прийти и видеть Его.

Он давал мало словесных наставлений, предпочитая метод Дакшинамурти, который учил Тишиной, однако молчание Махарши не было тупым и мрачным, словно на похоронах. Напротив, оно было динамичным, вибрирующим, насыщенным силой, что подтверждено переживаниями многих среди тысяч постоянных посетителей Его обители. Тишина могла очаровывать — безмолвие и спокойствие ума гораздо сильнее влияли на них, чем чьи-либо самые красноречивые слова.