Читаем Видима и свободна. Книга для женщин полностью

Мне назначили таблетки от затяжной депрессии, от которых я наконец начала чувствовать себя живой — и слегка пополнела. Мой мч подкалывал меня, что я пухну, как свинья. Я хотела смыть таблетки в унитаз и заплатить за это возвращением желания выйти в окно, лишь бы похудеть обратно. Мне впервые за долгое время стало лучше, но он меня не видел, видел только моё тело.


Когда мне изменил мой партнёр, я сильно переживала разрыв (хоть сама и выгнала его) — не могла есть, мало спала и в результате сильно похудела. Коллеги, которые были не в курсе, постоянно делали комплименты, как я хорошо выгляжу, спрашивали, кто мой тренер, в какой я хожу зал, что ем, на какой диете сижу.

Когда они все начали хвалить меня и восхищаться тем, что случилось помимо моей воли и через огромную боль, — я почувствовала, будто я в какой-то секте и случайно сделала что-то, за что теперь меня хвалят. А я не понимаю ничего. Было жутко. То есть я на пороге глубокой депрессии, я плачу каждый день, у меня буквально болят мышцы от душевной боли — а все радуются и говорят, что я хорошо выгляжу.

Прокрустово ложе стандартов красоты

А ещё толстые значит некрасивые. Правда или нет?

Толстая — это клеймо. Ты не имеешь права надеть короткий топ с таким огромным животом. Тебе должно быть стыдно, что ты такая толстая. Хочется провалиться под землю с началом лета, когда по улицам бегают восхитительные стройные девчонки в микрошортах и с открытым животом. А тут такая неидеальная я. С московской жарой прям остро всплыло это ощущение, я уж думала, отпустило, а вот нет.

Во многих странах и у многих народов полнота считалась и считается красивой: она говорила или о достатке, или о силе и выносливости, или о способности легче выносить и родить ребёнка. В Мавритании девочек откармливают кус-кусом и коровьим молоком. Если девочек рвёт от избытка пищи, им защемляют пальцы деревянным зажимом. Это очень больно, а боль отвлекает от тошноты23. Всё ради успешного замужества: местные мужчины предпочитают толстых невест. И напротив, в большинстве современных стран женщины отказываются от пищи, сидят на диетах и терпят голод.

Мавританская девочка говорит: «Жир — это красиво. Я мечтаю стать толстой». Мавританская девочка пьёт молоко и сдерживает рвоту. Российская девочка говорит: «Стройность — это красиво. Я мечтаю похудеть». Российская девочка голодает и вызывает рвоту. В стране, где царит нищета, идеалом становится полная женщина. В обеспеченной стране — женщина-тростинка, которая отказывается от пищи.

Стандарты красоты никогда не признают красивой женщину, которая ничего не делает с внешностью, лицом и телом. Красота — то, чем ты не обладаешь, если не прикладываешь усилий. Красота — то, к чему следует стремиться. Красота — то, ради чего надо себя менять.

Идеала, в который без особых усилий вписывается только 1% женщин, достичь крайне трудно. А идеала, который постоянно меняется, достичь и вовсе невозможно.

Граф Бырдин из рассказа Аркадия Аверченко «Драма в семье Бырдиных» узнаёт из журнала, что следующей зимой в моду войдут худые женщины, после чего принимается огорчать жену. Графиня, полная женщина, от расстройства тает как свеча. Из очередного выпуска журнала граф узнаёт, что новая мода уступила дорогу «победоносному шествию женщин рубенсовского типа» — с широкими бёдрами и круглыми плечами. Бырдин достаёт острую бритву… На похоронах графа высший свет осуждает его вдову за то, что она худая и немодная.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
О войне
О войне

Составившее три тома знаменитое исследование Клаузевица "О войне", в котором изложены взгляды автора на природу, цели и сущность войны, формы и способы ее ведения (и из которого, собственно, извлечен получивший столь широкую известность афоризм), явилось итогом многолетнего изучения военных походов и кампаний с 1566 по 1815 год. Тем не менее сочинение Клаузевица, сугубо конкретное по своим первоначальным задачам, оказалось востребованным не только - и не столько - военными тактиками и стратегами; потомки справедливо причислили эту работу к золотому фонду стратегических исследований общего характера, поставили в один ряд с такими образцами стратегического мышления, как трактаты Сунь-цзы, "Государь" Никколо Макиавелли и "Стратегия непрямых действий" Б.Лиддел Гарта.

Карл фон Клаузевиц , Юлия Суворова , Виктория Шилкина , Карл Клаузевиц

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Книги о войне / Образование и наука / Документальное