Читаем Виртуальный ты. Как создание цифровых близнецов изменит будущее человечества полностью

То, как этот уменьшенный набор чисел может затуманить хрустальный шар компьютерного моделирования, было впервые обнаружено в начале 1960-х гг. в Массачусетском технологическом институте в Кембридже, штат Массачусетс, когда метеоролог Эдвард Лоренц (1917–2008) использовал компьютер размером с письменный стол (LGP-30, или компьютер общего назначения Librascope) для разработки простой модели прогнозирования.


Рисунок 12. Превращение аналогового сигнала в цифровой


Лоренц пытался смоделировать атмосферу Земли с помощью набора трех связанных обыкновенных дифференциальных уравнений (упрощенных уравнений Навье – Стокса), описывающих конвекцию – движение жидкости, которое можно наблюдать в кастрюле с кипящей водой или чашке горячего кофе. Но когда он попытался повторить свою первоначальную симуляцию, он получил другие результаты. При ближайшем рассмотрении Лоренц обнаружил, что различия возникли из-за крошечной ошибки округления чисел, введенных в его компьютер.


Рисунок 13. Числа с плавающей запятой отражают лишь небольшую часть математической реальности


Можно подумать, что небольшая ошибка привела бы к небольшой разнице. Но реальность была шокирующей: результаты сильно расходились, даже если менялся последний десятичный знак. Однако эти явно случайные колебания возникают из-за детерминистских законов, управляемых дифференциальными уравнениями, а это означает, что результат полностью определяется вводимыми числами.

Его наблюдения о чувствительности хаотических систем в конечном итоге привели Лоренца к формулировке того, что стало известно как «эффект бабочки» – что отражено в названии статьи, которую он представил в 1972 г.: «Предсказуемость: вызывает ли взмах крыльев бабочки в Бразилии торнадо в Техасе?»[109]. С тех пор предпринимаются усилия по исследованию, пониманию и укрощению динамического хаоса.

<p>От аттракторов к ансамблям</p>

Математический объект, столь же полезный, сколь и красивый, стал символом хаоса, средством его понимания и даже использования. В своей модели конвекции Лоренц выделил три ключевых фактора влияния: изменение температуры сверху вниз и из стороны в сторону, а также скорость конвекции. Он мог отображать эти свойства, отслеживая их момент за моментом.

Работая с Эллен Феттер, Лоренц обнаружил отличительную черту хаоса. Точно так же, как погода имеет закономерности (проявляющиеся в виде смены времен года от лета к зиме), но сильно варьируется изо дня в день (в Лондоне это определенно так), они обнаружили, что и точка в целом прослеживает траекторию в форме бабочки, но при этом никогда не идет по одному и тому же пути по «крыльям».

Даже начав с наименее различных стартовых точек, вы всегда окажетесь на разных треках по мере того, как компьютер движется вперед во времени: две точки аттрактора, которые изначально лежат рядом друг с другом, в конечном итоге оказываются экспоненциально далеко. Однако, какой бы ни была отправная точка, в конечном итоге вы оказываетесь в ловушке общей формы бабочки, состоящей из множества траекторий[110].

Чтобы понять весь масштаб того, что может произойти в хаотической динамической системе, необходимо исследовать поведение этой формы бабочки для всех – или как можно большего числа – начальных условий. Результирующий набор симуляций, начинающийся с совокупности начальных условий, называется ансамблем. Этот подход тесно связан с тем, который использовал Больцман для расчета возникновения температуры и других объемных или макроскопических свойств из микроскопического – молекулярного – описания материи, скажем, скорости молекул воды, что дало начало целому направлению, известному как статистическая механика[111].

В этом случае ансамбль создается путем моделирования всей системы молекул воды – скажем, наполненного чайника – и последующего повторения этого процесса огромное количество раз с использованием разных начальных условий. Хотя вы можете вычислить температуру на основе кинетической энергии, связанной с движением всех различных молекул воды в каждой «копии» чайника, термодинамическая температура будет средней по ансамблю, а именно средней по каждой из реплик – идея, предложенная американцем Дж. Уиллардом Гиббсом (1838–1903).


Рисунок 14. Ансамблевое прогнозирование. Адаптировано из The Quiet Revolution of Numerical Weather Prediction Питера Бауэра, Алана Торпа и Гилберта Брюне (Nature, 2015)


Ансамбли также фигурировали в некоторых из первых моделей поведения атомов, использовавшихся для моделирования цепных ядерных реакций, к которым мы вернемся в следующей главе. Сегодня они широко используются, особенно в прогнозировании погоды, где слегка отличающиеся начальные условия и значения неопределенных параметров вводятся в модели прогнозирования, чтобы охватить диапазон возможных ожидаемых погодных явлений, например, когда может случиться ураган. Первый прогон кода, чрезвычайно чувствительного к начальным условиям, даст ответы, отличные от следующего. Однако важно отметить, что ансамблевые расчеты действительно дают, как кажется, надежные средние значения.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже