Читаем Виртуальный ты. Как создание цифровых близнецов изменит будущее человечества полностью

Суть в том, что числа одинарной точности с плавающей запятой ненадежны для хаотической динамической системы предельной простоты. Это тревожное открытие было дополнительно исследовано Миланом Клевером из Оксфордского университета вместе с Питером после дискуссий между Питером и коллегой Клевера Тимом Палмером, с которым мы столкнулись ранее при обсуждении ансамблей в прогнозировании погоды. Клевер обнаружил, что ансамбли способны улавливать больше особенностей хаотических систем, в частности, крупные орбиты, которые не только занимают больше времени, но и в конечном итоге становятся более доминирующими в симуляциях.

Новая команда использовала числа двойной точности с плавающей запятой и метод выборки динамики (для использования двойной точности потребовался бы гораздо больший (экзафлопсный) компьютер для выполнения точных вычислений, эквивалентных тем, которые выполнила команда Питера). Периодические орбиты оставались очень сильно деградировавшими, что их удивило. Да, можно было существенно уменьшить ошибки в случае нецелочисленного бета, используя двойную точность. Тем не менее, когда бета четно, ошибки не могут быть исправлены никаким улучшением точности чисел с плавающей запятой, при условии, что оно конечно (а это должно быть так, чтобы работать на любом цифровом компьютере). В этих случаях предсказания компьютера остаются совершенно неверными[120].

Питер и его коллеги обнаружили, что ошибка в предсказаниях схемы Бернулли зависит от размера наибольшей периодической орбиты, которую можно вычислить. Это открытие было развито в совместной работе с Миланом Клевером над другой простой динамической системой (также созданной Лоренцем, известной как Лоренц-96). Однако, в отличие от схемы Бернулли, здесь нет аналитического решения, и единственный способ изучить поведение Лоренц-96 – экспериментировать, наблюдать за тем, как она ведет себя, когда в нее вводят числа с плавающей запятой различной точности.

Несмотря на это ограничение, исследование выявило еще одну проблему: для всех реальных математических описаний хаотических динамических систем, таких как те, которые возникают в молекулярной динамике, а также в прогнозировании погоды и климата, орбиты настолько огромны, что их невозможно вычислить. Однако численная работа в Оксфорде показала, что, по крайней мере для Лоренц-96, когда число переменных в задаче увеличивается до многих сотен, статистическое поведение системы становится очень похожим для всех чисел с плавающей запятой – численное поведение при половинной точности хорошо согласуется с таковым при одинарной и двойной точности, увеличивая уверенность в правильности и одновременно показывая, что использование большего количества битов для решения таких задач – за счет использования чисел более высокой точности – не влияет на результаты, как ожидали Питер, Брюс Богосян и Хунъян Ван.

Множество вопросов, поднятых в этой работе, подчеркивают необходимость дополнительных исследований, чтобы выяснить, как численные результаты сходятся в правильных решениях по мере увеличения степени точности чисел с плавающей запятой. После публикации в 2019 г. Питер и его коллеги обнаружили, что Тим Зауэр, профессор математики из Университета Джорджа Мейсона в Вирджинии, вместе с другими пришел к аналогичным выводам почти два десятилетия назад, сообщив, что «в статистике моделирования чрезвычайно малые входные шумы приводят к ошибкам, которые на несколько порядков больше»[121]. Он также обнаружил, что при компьютерном моделировании детерминированных динамических систем «ошибки округления с плавающей запятой и другие ошибки усечения портят результаты моделирования»[122].

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже