Читаем Виртуальный ты. Как создание цифровых близнецов изменит будущее человечества полностью

Хотя оно весит менее фунта, ваше сердце ежедневно пропускает более 6000 л крови и ему хватит мощности, чтобы вызвать кровавый фонтан, если вам не повезет получить ранение в артерию. Оно также имеет определенную степень автономии. Доисторические охотники обнаружили, что сердцу не нужно, чтобы тело сообщало ему, когда качать кровь: если удалить у животного сердце, некоторое время оно будет продолжать биться. Сто лет назад французский хирург, нобелевский лауреат и биолог Алексис Каррель (1873–1944) показал, что сердечная ткань цыпленка, питаемая плазмой крови, способна пульсировать в течение нескольких месяцев[404].

Перекачивающая способность сердца зависит от скоординированного сокращения его четырех камер, а оно, в свою очередь, зависит от ритмических электрических импульсов. Каждое сжатие регулируется специализированными мышечными клетками, обнаруженными в скоплении ткани в правой верхней камере органа (предсердии), также известном как синусовый узел (синоатриальный узел, или СА-узел), который посылает сигнал стимулирования ритма, являющийся предметом изучения самых первых моделей сердца. Сигнал проходит по проводящим путям, чтобы сначала стимулировать две верхние камеры сердца (предсердия), когда импульс проходит от синусового узла к атриовентрикулярному узлу (также называемому АВ-узлом). Там импульсы ненадолго замедляются, а затем распространяются по «пучку Гиса» (пучку волокон сердечной мышцы, названному в честь кардиолога швейцарского происхождения), который разделяется на правый и левый проводящие пути, называемые ножками, для стимуляции нижних камер сердца (желудочков) посредством тонких нитей, известных как волокна Пуркинье (названы в честь чешского анатома, который, среди прочего, помог установить уникальность отпечатков пальцев).

Стенки сердца расширяются при притоке крови (диастола) и снова сжимаются при оттоке (систола). Общее движение вызывается миллионами крошечных сокращающихся единиц внутри мышечных волокон – саркомеров – молекулярных механизмов, образующих мельчайшие функциональные единицы скелетных и сердечных мышц. Они наполнены тесно взаимодействующими белками, в частности титином, самым крупным белком в организме человека, наряду с актином и миозином.

Когда мышца приводится в движение, миозиновые «моторы» движутся по актиновым дорожкам, сближая соседние саркомеры[405]. Это скольжение нитей актина и миозина создает достаточную силу для перекачивания крови. Между тем белковый каркас титина работает как пружина, развивая восстанавливающую силу при растяжении саркомеров, как резинки.

Если мы хотим создать цифровую симуляцию сердца, двойник должен уловить, как ритм возникает из множества подергивающихся клеток сердечной мышцы, белковых машин, которые помогают сокращать каждую клетку, электрических волн, вызывающих сжатие сердечной ткани и организованный выброс ионов (электрически заряженных атомов) внутрь и наружу клеток, а также результирующих приливов крови через четыре камеры сердца.

<p>Краткая история виртуальных сердец</p>

У человеческих эмбрионов сердце является первым функционирующим органом – оно развивается и начинает биться уже через четыре недели после зачатия[406]. Попытки смоделировать человеческое сердце на компьютере заняли гораздо больше времени, целых полвека – с появления модели Ходжкина – Хаксли.

Для создания алгоритмов моделирования сердца используются различные способы включения данных о пациентах. Сканирование сердца можно оцифровать в виде полигональной сетки, когда для определения формы объекта используется набор вершин, ребер и граней. Таким образом, структуру и форму сердца можно нарисовать в виде сетки, обеспечив каркас для моделей сердечных клеток, о которых шла речь в третьей и пятой главах.

Однако вместо того, чтобы моделировать отдельные клетки, что требует слишком больших вычислительных мощностей, разработчики начинают с блоков клеток, эквивалентных небольшим кусочкам сердечной ткани, – знакомый подход, используемый инженерами, проектирующими автомобили, мосты, самолеты и многое другое – «метод конечных элементов»: сплошной материал, будь то плоть или балка, рассматривается как совокупность небольших областей (конечных элементов), связанных между собой точками (узлами) на границах. Таким образом, геометрию сложного объекта, такого как сердце (или даже автомобиль), можно разделить на более мелкие задачи, которые легче решить.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже