Читаем Виртуальный ты. Как создание цифровых близнецов изменит будущее человечества полностью

Следующий шаг – создание цифрового двойника собственного сердца пациента. В сотрудничестве с Габриэлой Каптур из Института сердечно-сосудистых исследований UCL при поддержке Британского кардиологического фонда индивидуальная настройка осуществляется с помощью данных МРТ и эхокардиографии 500 британцев, родившихся в 1946 г. Другие команды, такие как Британский биобанк, замечательный глобальный источник данных о 500 000 человек, собирают больше данных о сердце с меньшим разрешением. Команда Барселоны часто создает синтетическое сердце популяции для определения наиболее важных параметров, а затем играет примерно с сотней переменных, чтобы создать наиболее подходящее виртуальное сердце для пациента, независимо от возраста, пола и т. д.

Команда начала создавать эти специальные модели, чтобы понять блокаду левой ножки пучка Гиса – распространенное нарушение сердечной проводимости, которое задерживает активацию левого желудочка, в результате чего он сокращается позже правого[420]. «Такие заявки поступают для отдельных пациентов», – говорит Васкес. Однако странным образом они становятся жертвой собственного успеха. Некоторые люди жаловались, что симуляции слишком красивы, чтобы быть реальными, и похожи на «научную фантастику».

Сердце также по-прежнему привлекает внимание большинства людей в команде Питера Хантера в Окленде. Путем моделирования электрической активности в виртуальных сердцах, которые были настроены с использованием данных визуализации реального сердца, а затем сравнения этих прогнозов с картами электрической активности сердца высокого разрешения, появляется новое понимание нарушений сердечного ритма. Цзичао Чжао изучает фибрилляцию предсердий – наиболее распространенное из них. «Фибрилляция» происходит от латинского «мешок с червями» – яркое отражение того, как мышечная стенка верхних камер сердца (предсердия) нескоординированно извивается, в результате чего предсердия перестают перекачивать кровь должным образом. Работая с Вадимом Федоровым и его командой в Университете штата Огайо, Чжао основывал свое моделирование на данных МРТ сердца 63-летней женщины, погибшей в автокатастрофе. Исследователи смогли раскрыть, как структурное ремоделирование предсердий при повреждении человеческого сердца делает их склонными к фибрилляции, поскольку рубцевание (фиброз) сморщивает тонкую стенку предсердий[421].

Это исследование также помогло им определить идеальное место для проведения абляции, при которой тепло или сильный холод используются для рубцевания или разрушения тканей, вызывающих неправильные электрические сигналы – аномальный сердечный ритм. Они используют аналогичный подход, чтобы понять, как изменения в желудочках провоцируют желудочковую аритмию и внезапную смерть. Мы приближаемся к тому дню, когда пациенты будут регулярно получать пользу от использования информации из сложной персонализированной виртуальной версии своего сердца.

<p>Точная кардиология</p>

Конечная цель работы в Окленде, Барселоне и других командах заключается не только в том, чтобы сделать сердца-близнецы точными во всех масштабах, от каждого удара до своеобразной архитектуры сердечных камер и деталей клеточного метаболизма, формы ионных каналов и т. д., но также в осознании всех закономерностей и ритмов реального сердца отдельного пациента. В сердечно-сосудистой медицине ряд виртуальных методов проложил путь к зарождению того, что, среди прочих, Марк Палмер из Medtronic[422], называет точной кардиологией. Эти модели, основанные на менее трудоемких обыкновенных дифференциальных уравнениях, позволяют настраивать сердца-близнецы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже