Вирусолог: цена ошибки

Подсоединили. Можно звонить. Алексей дозвонился до сотрудницы, которая занималась в лаборатории этими вопросами, и попросил подготовить все к анализу. Пока все обговорил, уже и девушка со шприцем тут как тут. Новенькая. Глазки лучистые. А больше ничего и не видно, да и не нужно. Чего зря нервничать. Кровь взяла аккуратно – видно, рука легкая. Передала шприц в коридор, принесла обед. Ну посиди хоть, поговори. Для аппетита. А то без женщин, хотя бы вприглядку, такая еда в рот не полезет. Нельзя? А через нельзя? Все равно нельзя? Да я и сам знаю. Придется есть без аппетита.

Ну вот, поели, можно и поспать. По расписанию – мертвый час. Надо же такое название придумать. Как раз для госпиталя выражение.

Глава 11. Байкал

Однако не спалось и не читалось. Чтобы отвлечься, Алексей начал вспоминать ночной сон, и перед глазами явственно встал Байкал, легендарный даже для него, прожившего полжизни рядом, видевшего во всей красоте и грозности. Ледяная зимняя пустыня. Уходящие вдаль, а иногда и в полынью редкие машины рыбаков. Знающие люди ездят зимой по Байкалу с открытыми дверьми, потому что часто полынью можно заметить лишь за несколько десятков метров перед машиной, когда затормозить на гладком льду уже невозможно. Открыть двери в провалившейся под воду машине нереально, поэтому рыбаки предпочитают мерзнуть, но двери не закрывать. Но это когда рыбалку разрешают. А когда нет – тут вообще чудеса. Кто как приспосабливается, даже в белых маскхалатах рыбачат. Но Малое море на Байкале, а это наиболее уловистое место между островом Ольхон и материком, действительно не очень большое, и от рыбоохраны уйти трудно. Правда, Алексей с товарищем несколько лет пользовались удачным приемом. Они заезжали поездом с другой стороны Байкала и на специальных, сделанных по собственным чертежам коньках, раза в полтора длиннее норвежек, за пять-шесть часов, не особенно напрягаясь, добегали до Ольхона с внешней стороны. Здесь не бывало рыбаков, поскольку ни пешком, ни на автомобиле сюда не добраться, а рыбы мало – соответственно, не было и рыбнадзора. Но найти уловистое место все же можно. Натаскав через лунку по мешку рыбы и загрузив на санки с узким полозом, они возвращались. Сев ночью на поезд, утром они уже угощали друзей расколоткой – сырой замороженной рыбой, разбитой чем-нибудь тяжелым. С солью и пивом это вкусно. Очень вкусно.

Летом Байкал совсем другой. Вот он спокойный, может, чуть игривый. Приятно покататься на весельной лодочке. Ласковое солнце, прохлада от воды. Дно как будто совсем рядом: сталагмиты губок, стайки рыбок, камни. Не верится, что под тобой уже десять, двадцать, тридцать метров. Но отплывать от берега опасно. В любой момент может начаться и стремительно разрастись долинный ветер, и он уже не даст зазевавшемуся лодочнику вернуться к берегу. Эти ветра называют по имени рек, и многие печально знамениты: Баргузин, Култук, Сарма. Если при первых признаках немедленно не вернуться или быть далеко от берега, надежды немного. А если разыграется шторм, мало не покажется и кораблю.

Зато ночью, в грозу, с берега это зрелище огромной эмоциональной силы. Толстенные – нигде в мире не бывает таких – молнии, вонзающиеся в бушующее озеро, тяжелые валы, обрушивающиеся на берег. Ревущая под напором ветра тайга. Кажется, весь мир сотрясается и сейчас разлетится на кусочки. Вселенская катастрофа. А наутро умытое ласковое солнышко, лазоревая вода, чуть шумит ветерок в кронах деревьев. Щебетание птиц и воздух, напоенный ароматом тайги.

Глава 12. Полы

Алексея разбудил звук открываемой гермодвери. Смотри-ка, на таком нерве, а все же уснул… Наверное, мозг отключился, чтобы от перенапряжения крыша не поехала. Тяжеловато. Только отвлечешься, и тут же острая мысль пронзает мозг, бросает в пот, и в промежности все сжимается.

Сделав виноватое лицо, Барменталь заглянул в бокс:

– Извини, разбудил. Хотел с тобой посоветоваться. Бюрократы наши не дремлют, страхуют свой зад. Одолели меня бумажками по готовности к тем или иным мероприятиям. Вот сейчас им подай готовность к заключительной дезинфекции. Как они выразились, «в случае непредвиденного развития событий». Видишь, как далеко мы шагнули. Стараемся быть готовыми к непредвиденному. В общем, я знаю, ты на этом собаку съел. Подскажи, что и как, да я побегу отпишусь. А, еще! Какая-то совершенно идиотская телефонограмма пришла: проверить целостность полов. Что бы это значило? Ты что-нибудь понимаешь?

– Легко. Садись, мой друг, представь, что я налил тебе чашечку кофе и угостил ароматной папироской. Прослушай радиоповесть из цикла «Как мы начинали работать», и ты все поймешь и легко отпишешься, да и я отвлекусь. А дело было так.