Виталий Дубинин. Это серьезно и несерьезно. Авторизованная биография бас-гитариста группы «Ария»

Повторюсь, что наши гастроли тогда проходили очень хорошо – и не только благодаря сильному командному духу, но и благодаря приему публики. Большинству поклонников было очень интересно увидеть, что же теперь представляет собой группа «Ария», и они разделились на два лагеря: одни встречали нас тепло и восторженно, отмечали, что звучание стало жестче, тяжелее, что Артур отлично вписался; другие же, придя послушать нас по инерции или по старой памяти, резко не принимали новое звучание, им категорически не нравился вокалист, а неприятие фронтмена уже, по сути, равно неприятию группы. Но, тем не менее, первых было немало, а вторых гораздо меньше, и наши многочисленные концерты проходили успешно, недостатка в зрителях или в горячей реакции я не заметил.

В 2003 году Сергей Шуняев захотел сделать продолжение Tribute to Harley Davidson и загорелся идеей, чтобы Rammstein исполнил для него какую-нибудь нашу песню. Он придумал, чтобы я предложил это Тиллю Линдеманну, но я отказался наотрез:

– Ты что?! Как я могу ему подобное предлагать? Да и вообще, Серег, ну что ты придумал, зачем это нужно?

– Да ты не понимаешь! – убежденно отвечал Сергей. – Если получится, это будет очень круто, сам увидишь! Представь: «Раммштайн» поет песню «Арии»!!

– Нет, – упрямо отвечал я, – даже задумываться, считаю, об этом не стоит. И я уж точно ничего не буду ему предлагать…

На том наш разговор и кончился. Я уж о нем почти позабыл. А Rammstein, точнее, именно Тилль и Рихард Круспе (гитарист и сооснователь Rammstein; мы называли его «Ричард», да, по-моему, ему и самому нравилась такая форма своего имени) тогда, в начале 2000-х, приезжали очень часто, чуть ли не раз в два месяца, причем просто в гости к Шуняеву. Собственно, именно Шуняев меня с ними и познакомил лично, и я тоже стал очень плотно общаться с Тиллем и Ричардом. И вот вдруг в один из их приездов в Москву Тилль говорит мне:

– Ты знаешь, я послушал вашу песню «Герой асфальта» – мне понравилось! Но там столько слов, она сложная, я не смогу ее спеть, не обижайся…

– Да ты что, – ошеломленно ответил я, – я на это и не надеялся! Да и вообще, я даже не знал, что ты в курсе этой идеи…

Но Тилль не остановился на этом. Он продолжил:

– А вот «Штиль» могу попробовать спеть!

Я вообще выпал в осадок – ничего себе, он и про наш «Штиль» знает, да еще и готов попробовать!

– Огромное тебе спасибо! – сказал я, когда пришел в себя, – я на всем этом не настаиваю, но, если ты когда-то попробуешь сделать такую запись, это будет, конечно, очень классно!

Ну, поговорили и забыли, что называется. Однако вскоре Шуняев мне сообщает:

– Ты знаешь, а наши друзья (так он называл Тилля и Ричарда) записали «Штиль»!

– Да ладно?! – я даже не не поверил.

Замечу здесь, что Ричард жил тогда в Нью-Йорке, причем в доме Шуняева, вернее, не совсем в доме. Сергей там в свое время купил уже не функционирующую пожарную каланчу, то есть такую башенку, в которой были комнаты с небольшими окошками. Круспе тогда снимал квартиру, и Сергей ему предложил: «Ну что ты будешь снимать? Живи у меня». Ричард очень обрадовался этому предложению и перетащил в каланчу все свое звукозаписывающее оборудование и сделал там домашнюю студию. И вот именно там он и записал «Штиль» в их с Тиллем исполнении (Тилль специально слетал к нему и спел).

– А как же они смогли все это организовать? – удивился я.

– А там у них есть какой-то знакомый, который хорошо знает русский язык, – пояснил Сергей, – он им и помог.

То есть в этот раз, получается, нам даже не пришлось, как в случае с Удо Диркшнайдером, самим писать транскрипцию, объяснять, как спеть… Все было сделано без нашего участия и в очень короткий срок.

Шуняев дал мне послушать. Звучало это, на мой взгляд, очень необычно, но я в любом случае был невероятно горд, что теперь эту песню спел еще и Rammstein!

– Ну вот, как раз сделаем сингл к открытию мотосезона! – решил Сергей.

И он организовал выпуск этого сингла на мини-диске диаметром 80 мм, где действительно была только одна песня. Тилль и Ричард попросили не писать там название Rammstein, а указать имена и фамилии только их двоих. Как я понимаю, у ребят были обязательства перед своим лейблом, и они не имели права участвовать в сторонних проектах от имени группы, не согласованных с лейблом.