Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

В Трабзоне, что на восточной границе, два брата Комнина создали империю, которая была чем-то намного большим, чем обычный город-государство, и просуществовала с 1204 до 1461 г. В 2 тыс. км к западу – на западе Греции – Эпир стал еще одним центром византийской власти, и вместе с городами Арта и Фессалоники превратился в самую активную часть империи, объявив себя истинным наследником Византии. А ближе к стенам Константинополя, на противоположной стороне Мраморного моря, начала бурно развиваться еще одна империя с центром в Никее, чему в немалой степени способствовали беженцы из Константинополя. Даже районы, остававшиеся под властью венецианцев, как, например, Крит до его захвата турками в 1669 г., никогда не утрачивали своих византийских черт, которые были неискоренимы в языке и религии и проявились в новых фресках, иконах, исторических хрониках и поэзии. Сила и форма разных реакций на утрату Константинополя подтверждают глубину образовательных, административных, культурных и военных аспектов византийских традиций и их способность адекватно реагировать на вызовы. Таким образом, стереотип монолитной, бюрократической, слабой, коррумпированной, излишне сложной и неэффективной империи представляется абсолютно неверным.

На протяжении последних двух десятилетий XII в. имели место мятежи в провинциях, отражавшие растущий антагонизм к центру управления в Константинополе. Узурпация власти Андроником Комнином в 1182 г. и убийство его племянника, юного императора Алексея, судя по всему, были сигналом для балканских восстаний. В Сербии Стефан Неманя расширил свою власть, основав независимую династию, которая оставалась у власти до 1371 г., а в Болгарии два брата Асень и Петр отделились от Византии и создали новую столицу в Тырнове. Чувство неудовлетворенности, преобладавшее в удаленных районах, плативших большую дань Константинополю и не получавших ничего взамен, подтверждает жалоба афинского митрополита Михаила Хониата (1180–1205): «Чего не хватает вам? Разве плодородные равнины Македонии, Фракии и Фессалии не производят для вас хлеб, разве не выжимают вам вино Эвбея, Птелерия, Хиос и Родос; разве фиванские и коринфские пальцы не ткут вам одежды; разве не вливаются реки всех богатств в столицу, как в единое море?»[64]

Такая же неприязнь присутствовала на Кипре, жители которого взбунтовались в 1184 г. и дали английскому королю Ричарду Львиное Сердце повод для захвата острова во время Третьего крестового похода (позже он продал остров Ги де Лузиньяну, бывшему королю Иерусалима). В Византии появилось довольно много независимых лидеров, желавших самостоятельно править в своих городах. В Филадельфии, что на западе Малой Азии, Феодор Манкафа стал чеканить собственные монеты. В Греции Лев Сгур сделал своей столицей Акрокоринф, неустановленный правитель правил в Метоне – на юго-западном берегу Пелопоннеса. Эти местные лидеры – архонты – утверждали квази-императорскую власть и мешали центральному правительству в Константинополе.

События 1204 г. окончательно разделили императорскую власть, и теперь в Византии правили: братья Комнин – в Трабзоне, Михаил Комнин Дука – в Арте, Феодор Ласкарис – в Никее. Тем временем Алексей III Ангел упорно продолжал считать себя императором in absentia. Он заключил союз с Львом Сгуром, выступил против Ласкариса в Малой Азии и умер в плену в Никее в 1211–1212 гг. Некоторые крестоносцы, принимавшие участие в разграблении в апреле 1204 г., вернулись домой с добычей, но многие остались и начали заявлять претензии на территории, распределенные Partitio terrarium Imperii Romaniae. Пока западные рыцари соперничали с местными архонтами за землю для себя, все имперские провинции оказались охваченными политическими беспорядками. Из Константинополя Бонифаций Монферрат повел группу крестоносцев к Фессалоникам – территории, которую ему выделил латинский император Балдуин. Члены семьи де ла Рош устремились к Фивам и Афинам, а Жоффруа Виллардуэн, племянник знаменитого историка, и Вильгельм Шамплитский (Гийом I де Шамплит) двинулись на юг, чтобы основать Ахейское княжество на Пелопоннесе. Все они столкнулись с сопротивлением, организованным бывшим императором Алексеем III, другими недовольными византийскими лидерами и булгарами. Тем временем венецианцы установили контроль над многими портами Средиземного моря, к которым они добавили Крит, купленный у Бонифация, не имевшего военно-морских сил. Эти морские центры составляли ядро торговой империи в Восточном Средиземноморье вплоть до XVII в.