Читаем Владетельные князья Владимирских и Московских уделов и великие и удельные владетельные князья Суздальско-Нижегородские, Тверские и Рязанские. Великие полностью

Из краткого обзора княжения Константина Ярославича не видно, как велик был его удел. Хотя некоторые полагают, что Галицкий удел включал всю территорию теперешней Костромской губернии[594], но, конечно, потому, что забывают об одновременном (приблизительно) существовании на этой территории Костромского удела. Мы нигде не находим известий, что галицкие князья первой династии входили в столкновения с другими князьями из-за территориальных приобретений, заключали договоры и т. и., по чему можно было бы хотя бы приблизительно определить размер Галицкого княжества. Но на основании некоторых летописных известий, касающихся князей Галицких, заключаем, что галицкие князья владели кроме Галича еще Дмитровом. Когда и по какому случаю вошел Дмитров в состав Галицкого княжества, одновременно ли с получением Константином Галича, или в последующий период до 1255 г., или, наконец, при Давиде Константиновиче, — мы не знаем, так как никаких известий об этом до нас не дошло. Но что Дмитров вошел в состав Галицкого княжества не позднее, чем при первом преемнике Константина Ярославича, это видно из того, что Давид Константинович называется в летописях уже князем Галицким и Дмитровским[595]. Из дальнейшей истории князей Галицких мы увидим, что один из потомков Константина даже умирает в Дмитрове.

Давид Константинович

1255 — ум. в 1280 г

Летописных известий о Давиде Константиновиче дошло до нас еще меньше, чем о его отце. Все наши сведения о нем ограничиваются следующим: в июле 1278 г. он вместе с другими князьями и своими боярами праздновал в Ярославле свадьбу сына Глеба Васильковича, тогда князя Ростовского, Михаила Глебовича, недавно вернувшегося из Орды от Менгу-Тимура, с которым он ходил на ясов[596].

Давид Константинович скончался весной 1280 г.[597] От брака с неизвестной нам по имени дочерью (старшей) Федора Ростиславича Черного он имел, по одним родословным, сына Ивана, по другим — Ивана и Федора; по некоторым соображениям его же сыном надо считать упоминаемого в летописях князя Дмитровского Бориса, о котором речь впереди[598].

Василий Константинович

1255–1310

Этот князь, только однажды упоминаемый в летописях по случаю рождения у него в 1310 г. сына Федора, назван там внуком Ярослава и князем Галицким, а потому его смешивают с его тезкой, Василием Константиновичем, князем Ростовским, сыном Константина Борисовича, совершенно безосновательно.

Как уже было сказано, Василий Константинович имел сына Федора[599].

Иван Давидович

Середина XIII в.

Этого князя мы знаем только по некоторым родословным. Не знаем ни времени его рождения и смерти, ни того, занимал ли он Галицкое княжение, и если занимал, то один или совместно с братьями.

Родословные приписывают ему сына Димитрия, будто бы того самого, которого в 1362 или 1363 г. Донской изгнал из Галича. Но, по нашему мнению, этот Димитрий был его двоюродным внуком[600]. Конечно, если предположить, что Федор Давидович занял стол непосредственно по смерти отца, то период его княжения будет продолжителен, так как Федор Давидович скончался в 1335 г. Но мы не можем утверждать, что после Давида княжил Иван Давидович, так как не имеем на это никаких указаний и, следовательно, оснований.

Борис Давидович

1280 — ум. в 1334 г

Бориса Давидовича мы знаем только по Никоновской летописи, в которой отмечен год его смерти в Орде — 1334[601]. Он назван здесь князем Дмитровским, что указывает на раздел Галицкого княжества, совершенный или самим Давидом Константиновичем незадолго до смерти (сам Давид под 1280 г. называется еще Галицким и Дмитровским), или уже его детьми[602].

Собственно говоря, Бориса Давидовича нужно было бы отнести к князьям Дмитровским. Но так как он, среди дмитровских князей, стоит одиноко, и притом мы не знаем, когда и при каких обстоятельствах Дмитров перешел во владение московских князей, то сочли за лучшее здесь сообщить о нем те скудные сведения, какие дает летопись, и только упомянуть о нем в главе о князьях Дмитровских или Галицко-Дмитровских.

Федор Давидович

1280 — ум. в 1335 г

Перейти на страницу:

Все книги серии Биографические очерки по первоисточникам и главнейшим пособиям

Великие князья Владимирские и Владимиро-Московские. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период с 1238 по 1505 г.
Великие князья Владимирские и Владимиро-Московские. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период с 1238 по 1505 г.

Андрей Васильевич Экземплярский — русский историк, успешно окончил историко-филологический факультет Санкт-Петербургского университета. Еще в студенческие годы под руководством K. H. Бестужева-Рюмина работал с польскими источниками по истории Смутного времени. Был преподавателем в гимназиях Польши, в Екатеринбурге и Перми. Принимал участие в работе над Энциклопедическим словарем Брокгауза и Евфрона.Исследование «Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период» — авторитетнейший источник о жизни и деятельности русских князей периода феодальной раздробленности. В книге приведены биографии великих князей Владимирских и Владимиро-Московских, живших и действовавших в татарский период русской истории.

Андрей Васильевич Экземплярский

Биографии и Мемуары / Словари, справочники / Словари и Энциклопедии
Владетельные князья Владимирских и Московских уделов и великие и удельные владетельные князья Суздальско-Нижегородские, Тверские и Рязанские. Великие
Владетельные князья Владимирских и Московских уделов и великие и удельные владетельные князья Суздальско-Нижегородские, Тверские и Рязанские. Великие

Цель фундаментального исследования русского историка Андрея Васильевича Экземплярского, как определил ее сам автор, — «дать занимающимся русской историей справочную книгу для одного из самых важных и любопытных, но едва ли, можно сказать, вполне исследованных и обработанных периодов русской истории, периода татарского».Чтобы оценить грандиозность и значение труда Экземплярского, необходимо учесть, с какими трудностями пришлось столкнуться автору из-за относительной скудости и краткости летописных источников исследуемого периода. Для уяснения событий той эпохи автору было необходимо разобраться в непростых отношениях князей друг к другу, к их народу и, наконец, к татарам. Буквально на каждом шагу Экземплярскому приходилось встречаться с пробелами хронологии, генеалогии, географии и проводить вспомогательные исследования по этим направлениям.

Андрей Васильевич Экземплярский

Биографии и Мемуары

Похожие книги

Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Юлия Игоревна Андреева , Надежда Семеновна Григорович , Лев Арнольдович Вагнер , Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное