Владимир Мономах. Между историей и легендой

Хотя Святославичи добились своей цели и за ними была официально закреплена их «отчина», в действительности «наследство» Святослава Ярославича оказалось разделенным на три части. Это обстоятельство, безусловно, способствовало временному ослаблению политического значения его клана, тогда как представители других кланов – Святополк и Владимир Мономах – сохранили свои владения неделимыми. На первый взгляд раздел был произведен в ущерб интересам Олега Святославича, который не вернулся в Чернигов, где, как следует из дальнейшего летописного рассказа, сел на княжение его брат Давыд, более склонный к компромиссам и вплоть до своей смерти в 1123 г. демонстрировавший лояльность Святополку и Мономаху.

Со времени С. М. Соловьева считалось, что он получил черниговский стол по праву старшинства[170], однако в последнее время получила распространение точка зрения П. В. Голубовского[171], согласно которой старшинство среди сыновей Святослава Ярославича принадлежало Олегу, но он был лишен Чернигова по общему решению князей. Еще одна гипотеза, сформулированная А. В. Назаренко, предполагает, что на Любечском съезде Святославичи, получив волости своего отца, были лишены права наследования киевского стола, в качестве компенсации за который Мономах передал под управление Олега Курск[172].

Вопрос о принадлежности Курска обсуждается со времен полемики М. П. Погодина, считавшего Курск частью Переяславского княжества (то есть городом клана Всеволода Ярославича), с С. М. Соловьевым, приписывавшим его к территории Черниговского княжества (то есть считавшим его городом клана Святослава Ярославича)[173]. Информация из «Поучения» Мономаха о том, что его отец Всеволод, отправив его в первый поход в Ростов, сам отправился к Курску, равно как и свидетельство «Повести временных лет» о том, что сын Мономаха Изяслав отправился в поход на Муром из Курска, позволяют согласиться с первым предположением. Однако более поздние сообщения позволяют предполагать, что в дальнейшем Курск мог перейти из рук Мономаха в руки Олега. Как заметил А. К. Зайцев, сын Олега Святославича Святослав Ольгович, по утверждению Ипатьевской летописи под 1149 г., назвал своей «отчиной» Курск с Посемьем, а также несколько других городских центров и территорий. В 1135 г. сыновья Олега («Ольговичи») потребовали у сына Мономаха Ярополка, занимавшего в то время киевский стол, те волости, которые их отец держал при отце Ярополка, что и получили в 1136 г. На этом основании в историографии утвердился вывод о том, что Курск был передан Владимиром Мономахом Олегу Святославичу, но при его преемниках он периодически возвращался под контроль Киева[174].

Если сам факт передачи Курска от переяславского князя к черниговским князьям может рассматриваться как доказанный, то ответ на вопрос о том, за что именно этот город с «тянувшей» к нему территорией был передан Олегу, может быть не столь однозначным, как кажется на первый взгляд. Во-первых, нельзя исключать того, что Курск являлся компенсацией за отказ не только от киевского, но и от черниговского стола, который Олег занимал с 1094 по 1096 г., а затем уступил Давыду (что соответствует политическим реалиям 1097 г.), а во-вторых, Владимир Мономах являлся отнюдь не единственным, кто уступил Олегу часть своих владений.

Что получил Олег на Любечском съезде вместо Чернигова, «Повесть временных лет» не сообщает, но, судя по тому, что полвека спустя, в 1149 г., его сын Святослав называл своей «отчиной» помимо Посемья с Курском еще и земли «Сновской тысячи» – территорию между реками Сновь и Десна на северо-восток от Чернигова, и земли дреговичей, расположенные на правом берегу Днепра, между Минском и Туровом, можно предположить, что для умиротворения Олега, по-видимому получившего из «наследства» Святослава Ярославича территорию собственно Северской земли (на которой в XII в. сложилось Новгород-Северское княжество), его двоюродные братья добавили по «куску» из своих «отчин», ибо Посемье принадлежало к переяславской волости Владимира Мономаха, а земли дреговичей – к туровской волости Святополка Изяславича. Столь обширные территориальные уступки могли быть продиктованы стремлением компенсировать Олегу отказ и от Киева, и от Чернигова, чтобы обеспечить возможность конструктивного сотрудничества с покладистым Давыдом. Младший из Святославичей, Ярослав, по всей видимости, получил на Любечском съезде Муромскую землю. Подобное распределение земель Святослава Ярославича отвечало интересам Мономаха и Святополка, не давая возможности усиливаться ни одному из бывших противников.