В январе 1905 г. от имени военного генерал-губернатора Приамурской области было опубликовано официальное распоряжение об охране почтовых голубей военного ведомства: «Для военных потребностей в г. Никольске-Уссурийском открыта военно-голубиная станция, и на этой станции содержатся казенные голуби. Для избежания случаев убивания казенных почтовых голубей безусловно воспрещается в Приморской области охота на каких бы то ни было голубей всеми способами, а также строжайше воспрещается поимка и задержка голубей всех пород, среди которых легко могут попадаться и казенные почтовые голуби.
Виновные в нарушении сего распоряжения будут привлекаться к самой строгой ответственности по законам военного времени. Всякий житель, которому по случаю придётся задержать военно-почтового голубя, имеющего отличительный знак из надетого на одну из ножек алюминиевого или резинового кольца, обязан непременно сохранить такового голубя и доставить в сохранности на голубиные станции в города Никольск-Уссурийский или Владивосток. Наблюдение за точным исполнением сего распоряжения возлагается на чинов земской и городской полиций, крестьянских начальников, должностных лиц, волостных и сельских общественных управлений».
До настоящего времени один из районов Владивостока носит неофициальное название Голубиная падь.
Во Владивостоке в военное время размещалось большое количество медицинских учреждений.
Морской госпиталь Владивостока, по свидетельству многих специалистов и очевидцев, был лучшим из всех стационарных и временных лечебных учреждений города. Профессор Е.В. Павлов, инспектировавший госпиталь в мае 1905 г., свидетельствовал: «Очень хорош во Владивостоке морской госпиталь, помещающийся в собственных каменных зданиях. При нужде в этом госпитале можно было поместить более 400 человек. 3 мая в нем находился 241 больной. Все помещения и обстановка очень чисты… Морской госпиталь имеет различные отделения, и притом не только для мужчин, но и для женщин… есть своя канализация. Здания отапливаются системой паропроводов… Внешняя сторона госпиталя также обставлена хорошо. Перед главным зданием разбит прекрасный цветник».
О начале работы госпиталя в военных условиях В. Лемкуль писал: «Около 3 часов дня 3 августа 1904 года по беспроволочному телеграфу было получено известие, что к Владивостоку подходят крейсера «Громобой» и «Россия», имеющие на борту много раненых. Позже стало известно, что всех раненых было 358.
После Цусимского сражения прорвавшиеся крейсер «Алмаз» и эсминцы «Грозный» и «Бравый» 16–17 мая 1905 года доставили в госпиталь 150 раненых моряков. Медицинский персонал госпиталя сумел принять и оказать квалифицированную помощь всем раненым».
Из-за опасности вражеских артиллерийских обстрелов руководство госпиталя приняло дополнительные меры защиты госпиталя. По настоянию главного врача А.Д. Рончевского был сооружён подземный госпиталь, прочно защищённый сверху каменной кладкой и землей.
О подземном госпитале Владивостока свидетельствовали в печатных изданиях многие. А.Н. Белоголовов писал: «…построенный подземный госпиталь во Владивостоке является первым в мире сооружением медицинского назначения, специально возведённым в твёрдом грунте. Строительство подземного госпиталя явилось большой победой творческой мысли русских инженеров и врачей».
Морской госпиталь Владивостока в годы Русско-японской войны, по отзывам отечественных и зарубежных специалистов, был хорошо оборудован и отлично справлялся с поставленными трудными задачами, являясь к тому же и центром медицинской мысли на Тихоокеанском побережье.
Американский морской врач Реймон Стер в своем докладе главному доктору флота США упоминал: «Из всех госпиталей Маньчжурии и Сибири лучшим оказался Морской госпиталь во Владивостоке. В этом госпитале хирургическая часть поставлена блестяще».
В период Русско-японской войны в стенах госпиталя лечились сотни раненых и больных, в том числе и герой обороны Порт-Артура генерал-майор В.Ф. Белый, а также раненые моряки-японцы.
Газета «Дальний Восток» 19 июня 1904 г. сообщила: «Из числа доставленных во Владивосток и находящихся на излечении в Морском госпитале раненых моряков-японцев большинство находится на пути к выздоровлению; уход за ними как со стороны больничной администрации, так и сестёр милосердия и сиделок вызывает в среде страждущих от ран воинов-японцев признательность, выражаемую в подарках, преподносимых ими на память в виде остатков из своей амуниции».
Некоторые из тяжелораненых японских моряков, несмотря на усилия медиков, не смогли выздороветь. Они были похоронены во Владивостоке.