Властелин Африканского Рога

– Кое-какая аппаратура. Все упаковано в ящики, но только обращаться с ними нужно осторожно, а то повредите содержимое. Согласись, что такие деньги за пустяковую работу – это хорошо.

В данном случае Эмерсон нисколько не кривил душой. Англичанин в самом деле не хотел рисковать. Груз был очень важен и мог пролить свет на его деятельность. Стоило только полиции заподозрить, кто стоит за этим грузом, и его хозяева Эмерсону этого не простят.

По совету англичанина Шариф не взял с собой никакого оружия. Грузовик с водителем подошел в назначенное место к частным складам на окраине города. Сомалиец ждал его с Магибой, Фарахом и еще двумя своими земляками. После того, как груз будет сдан на судно, Шариф хотел опять потолкаться в порту и присмотреться к кораблям. Его не оставляло желание вернуться на родину, хотя бо́льшая часть пиратов хотела продолжать сотрудничество с англичанином. Тот хорошо платил сомалийцам за их работу.

Люди Эмерсона шустро грузили ящики в машину. Деревянные ящики были небольшими, но тяжелыми. На них красовались яркие наклейки. Шарифу показалось, что последние ящики, которые грузили в кузов индонезийцы, были намного легче, чем все остальные, но он не придал этому значения. Наконец англичанин передал сопровождающим документы на провоз и передачу товара.

– Запомни, Шариф, – напутствовал Эмерсон юношу, – документы хорошие. Если вас остановит полиция, не бойся. Можешь даже разрешить вскрыть пару ящиков и показать содержимое. Только если вас будут задерживать – запомни, если только вас будут задерживать и попытаются арестовать машину, – только тогда вы должны все бросить и бежать. Если уж случится так, что вас поймают, то ни в коем случае вы не должны упоминать меня или кого-то из нас. Вас просто наняли как грузчиков. Всплывет, что вы здесь находитесь незаконно, отделаетесь всего лишь тюрьмой, откуда я вас в любом случае вытащу. Проговоритесь о связи со мной – и сам Аллах вас не спасет.

Эмерсон говорил правду. Он собирался вытаскивать сомалийцев из тюрьмы и отправлять на родину в случае провала. Правда, именно в том случае, если они не проболтаются о нем. Шариф со своими людьми был ему еще очень нужен. В противном случае он собирался сделать так, чтобы сомалийцы вообще никогда не вышли из тюрьмы. Живыми.

Шариф уселся в кабину с сопроводительными документами, а его люди забрались в кузов. Путь в грузовой порт занял около четырех часов. Машину остановили только один раз перед самым въездом на территорию порта, но Шариф почувствовал волнение, какого давно не испытывал. В чужой стране, без оружия и знания языка он чувствовал себя, мягко говоря, неуютно. То ли дело в море, когда есть возможность уйти от преследования в любую сторону с помощью мощных катеров.

Шарифу не пришлось вступать в дискуссии и общаться с полицейскими. Документы предъявлял водитель-индонезиец. Он же разговаривал в порту с вахтенным помощником нужного судна. Когда ящики уже поднимали на борт сухогруза, к Шарифу подошел Магиба.

– Прости, Шариф, – помявшись немного, сказал эфиоп, – не удержался. Во всем виновато мое воровское прошлое.

– Ты что, украл что-нибудь? – насторожился Шариф.

– Нет, что ты! – отмахнулся Магиба. – Я только посмотрел, что в этих ящиках.

– Руки тебе оторвать, – прошипел Шариф. – А если сейчас заметят, что ящики вскрывались?

– Не заметят, я все сделал чисто. Дело не в этом. Там взрывчатка. Фарах это точно определил.

– Взрывчатка?

– Ну да. Несколько крайних ящиков были действительно с какими-то приборами, манометрами и всякой такой же ерундой. Но в остальных была взрывчатка.

– Ну и что, – сказал Шариф, – продали кому-то взрывчатку, и что же в этом такого?

Магиба только пожал плечами и отошел. Шариф смотрел на ящики, которые грузились на судно, а в душе у него появилось какое-то нехорошее предчувствие. Он не мог понять, почему этот факт его стал беспокоить.

Прошло еще несколько дней. Шариф дважды выходил со своими людьми в море. Задания, которые ему давал англичанин, были непонятными, зато простыми. Сомалийцы похитили два буксира и отвели их на базу индонезийцев. Эмерсон ответил на вопрос Шарифа очень просто: буксиры нужны для того, чтобы проще было разворачивать, заводить и выводить захваченные суда из бухты. Ответ убедил сомалийца.

Вечером Шариф, который жил на базе индонезийцев, сидел в отведенной ему комнате перед телевизором. Он откровенно скучал по своим землякам, но Эмерсон сказал, что тот всегда должен быть под рукой, а остальным лучше находиться рядом с катерами в своем временном лагере. Шарифу было немного стыдно, что его земляки сейчас испытывают большие неудобства, в то время как он находится в практически комфортабельных условиях. Утешал себя он тем, что они добровольно решили задержаться в Индонезии. Шариф пытался убедить своих людей вернуться домой, ссылаясь на то, что семьи волнуются и могут посчитать своих мужчин погибшими. Но деньги затмили здравый смысл, и пираты категорически не хотели так быстро возвращаться. Самое неприятное было в том, что их поддерживали Фарах и Магиба.