Властители Индийского океана. Становление морских связей между Европой и Азией

Но если Алмейда противился любым кампаниям на суше, ни один командующий не мог проявить больше энтузиазма в деле установления господства Португалии на море, нежели он. В ранних кампаниях в Марокко Алмейда был сухопутным военачальником, однако, когда судьба связала его с морем, он принял это решение с пылким энтузиазмом, и, хотя «адмиралом Индии» официально считался его сын Лоуренсу, Франсишку Алмейда проводил в море не меньше времени, чем на суше. В конце концов, он оставил след в португальской истории не как государственный деятель, а как морской командир, который вместе с сыном положил конец серьезной угрозе для португальского господства в Индийском океане на ранней стадии установления контактов между Европой и Востоком. К счастью для Португалии, одним из его первых деяний стало получение санкции короля на постоянное базирование небольших групп кораблей на Малабарском берегу, чтобы поселения не оставались без защиты по полгода при использовании всех судов для грузоперевозок. Эти силы постоянно крейсировали в море, подавляя арабскую торговлю, под командованием Лоуренсу Алмейды, который стал грозой купцов Мекки, будучи еще совсем молодым человеком. Во время плавания в Красном море в поисках арабских судов, совершающих трансокеанские переходы из Адена в Малакку, Лоуренсу Алмейда стал первым европейцем, посетившим Цейлон, где его приняли весьма дружелюбно.

Несколько позже, во время другого плавания, Лоуренсу получил суровый выговор от отца за то, что не завершил исследования вблизи Каликута. Молодой флотоводец посчитал, что задета его честь, и стал искать возможность восстановить свою репутацию. Случай представился довольно скоро. Осенью 1508 года он был отправлен из Кочина во главе трех крупных кораблей и пяти легких каравелл в порт Чаул (где вице-король планировал заключить коммерческую сделку). Порт расположен на реке, носящей то же имя, на западном побережье Индии в 500 милях к северу от Каликута. От Диу его отделял один день пути при попутном ветре. Это случилось, как раз когда объединенный флот Египта и Гуджарата собирался выйти из Диу для нападения на португальцев. Лоуренсу Алмейда, естественно, ничего не знал о близкой угрозе. Услышав о его приближении, Хуссейн и Меликаз решили, что он станет их первой жертвой, но столкнулись с тем, на что никак не могли рассчитывать. Намереваясь поймать Алмейду в ловушку на реке Чаул, они отплыли крупными силами и подошли к входу так неожиданно, что португальские офицеры, сошедшие на берег, едва успели вернуться на корабли до начала трехдневного сражения. Его история очень похожа на бой с испанцами Гренвилла[11] на «Ривендже». Немногим из этих людей довелось снова ступить на сушу.

С самого начала у португальцев практически не было шансов, но узость реки не позволяла их противникам обрушить все свои силы сразу. Бой велся в ограниченном пространстве. Хуссейн воздерживался от использования тяжелых орудий, надеясь захватить португальские корабли в целости и взять много пленных. Но все его попытки приблизиться отбивались Алмейдой. Обе стороны несли потери. Так продолжалось весь первый день. Несмотря на успешную оборону, португальцы были измучены, поскольку на них обрушивались все новые и новые силы противника, и только наступление ночи спасло их от неминуемого разгрома. На закате Хуссейн отошел, и его корабли бросили якоря в устье реки. Арабы были разочарованы неудачей, но исполнены решимости победить. Капитаны Алмейды собрались на борту его корабля и предложили ему воспользоваться темнотой, попытаться вырваться из ловушки и уйти в открытое море. Тем более что ветер этому благоприятствовал. Но, вспомнив о выговоре отца, Алмейда наотрез отказался их слушать, заявил, что на рассвете атакует первым, и приказал им готовиться.