Властители Индийского океана. Становление морских связей между Европой и Азией

Когда парусные флоты противостоят друг другу в приливно-отливных водах при легких ветрах, приливы и отливы часто оказывают существенный эффект на операции. И если обе стороны стояли на якорях перед началом сражения, приливно-отливные явления иногда дают той стороне, которая оказалась выше по течению, благоприятную возможность для атаки. Из старых записей о следующих двух днях сражения при Чауле видно, что приливы и отливы сыграли важную роль. Однако эти записи столь неопределенны, что о действительном влиянии этого явления можно только догадываться. Судя по всему, план Алмейды заключался в нападении во время отлива на рассвете на две ближайшие галеры Хуссейна. Захватив их на абордаж и перерубив якорные цепи, Алмейда намеревался позволить им дрейфовать вниз по течению, используя их как брандеры, а сам хотел последовать за ними и воспользоваться всеми преимуществами смятения в стане врага. Это был отчаянный план, но только что-то необычное и рискованное могло изменить ситуацию. И он едва не оказался успешным. Следуя вниз по течению при свете дня, Алмейда атаковал и захватил две галеры и пустил их дрейфовать, как и было задумано, но остальные суда Хуссейна успели сняться с якоря, и, следуя за брандерами, португальские корабли быстро оказались в кольце врагов. Последовала яростная схватка, в которой португальцы сражались, как затравленные звери. Они нанесли большой урон врагу, но и сами понесли такие большие потери, что только изменение прилива спасло их от полного уничтожения. Течение понесло массу сражающихся судов вверх по реке, и, чтобы не быть выброшенными на мелководье, имеющие большую осадку корабли Красного моря вышли из боя. Уцелевшие португальские корабли, которые были намного легче, выбрались на мелководье, где оказались в сравнительной безопасности. В тот день никто не подсчитывал их потери, но, судя по продолжению истории, они были огромны.

В то же время, когда второй день сражения подошел к концу, флотилия Красного моря понесла настолько серьезный ущерб, что предоставила следующую попытку Меликазу и флотилии легких проа[12] Диу. Их до поры до времени держали в резерве, частично потому, что Хуссейн рассчитывал решить проблему сам и, соответственно, получить львиную долю добычи, а также потому, что легкие суда Гуджарата следовало сохранить неповрежденными для запланированной высадки на Малабарский берег. Однако все тщательно разработанные планы разлетелись вдребезги из-за упорного сопротивления адмирала Алмейды. Теперь стало очевидно, что, если кампания вообще будет продолжена, каждый ее этап должен осуществляться с использованием всех сил, реально доступных в настоящий момент, а со следующим этапом разбираться, когда до него дойдет дело. Теперь захват добычи и пленных отошел на второй план. Следовало полностью уничтожить противника, и настала очередь Меликаза показать, что он сможет сделать против полуразбитой, лишившейся половины команды, но все еще не сдавшейся европейской эскадры.

После ночной передышки сражение возобновилось и на третий день, и мелкие суда из Гуджарата, словно мухи, окружили то, что осталось от противника, сосредоточив главные усилия на флагманском корабле Алмейды. Их было так много, что португальские артиллеристы не успевали заряжать орудия, чтобы выстрелами держать их на расстоянии. Молодой адмирал понял, что это конец. Пронзенный стрелой, со сломанной ногой, он стоял лишь потому, что был привязан к мачте, и, когда враги хлынули на палубу, призвал своих людей не просить пощады и не принимать милосердие противника. Теснимые со всех сторон, португальцы образовали кольцо вокруг своего адмирала. Почти все были убиты, прежде чем корабль затонул, унося с собой и своих и чужих. Спастись сумели лишь несколько человек, которые могли плыть, несмотря на раны. Кто-то перерубил якорные цепи, и тонущий корабль некоторое время несло течением. А тем временем, поскольку главные усилия нападавших были направлены на флагманский корабль португальцев, остальным каравеллам было немного легче обороняться, но, несмотря на это, в конце концов, только двум кораблям из флотилии Алмейды удалось прорваться в открытое море и уйти. Противник не осмелился их преследовать. Португальские каравеллы направились на юг с максимально возможной скоростью, и через неделю пришли в Каннанур, где доложили вице-королю о катастрофе. Тот немедленно начал готовиться к обороне, уверенный, что противник поспешит развить успех и нападет на португальские поселения.