Влияние морской силы на историю 1660-1783

Англичане и голландцы не менее жаждали приобретений, чем южные нации. И тех и других называли "нациями лавочников"; но эта насмешка, поскольку она справедлива, делает только честь их благоразумию и добросовестности. Они были не менее смелы, не менее предприимчивы, не менее терпеливы, чем испанцы и португальцы. Они даже были более терпеливы и настойчивы, ибо искали богатства не мечом, который сулил, по-видимому, скорейший результат, а трудом - путем долгим, но верным, что собственно и было причиною приложения к ним вышеприведенного эпитета. Но англичане и голландцы, принадлежа к одной и той же расе, обладали всегда и такими качествами, не менее важными, чем сейчас поименованные, которых испанцы и португальцы не имеют и которые, вместе с географическим положением обитаемых ими стран, послужили к развитию их мореходных сил. Они всегда были, по природе, деловые люди - промышленники, производители, негоцианты. Поэтому, как на родине, так и за границей, поселяясь ли на землях цивилизованных наций или варварских восточных правителей, или в основанных ими самими колониях, они везде старались воспользоваться всеми местными ресурсами, с уменьем в то же время увеличивать их. Острый инстинкт прирожденного купца - лавочника, если хотите - постоянно побуждал их к поискам предметов для обмена, и это побуждение, в соединении с трудолюбием, прошедшим в жизнь целых поколений, необходимо делало их производителями. Дома они сделались великими фабрикантами, за границей,- там, где они первенствовали - земля делалась постоянно богаче, продукты ее умножались, и необходимый обмен между метрополией и колониями требовал все большего и большего количества судов. Их судоходство, поэтому, возрастало вместе с требованиями торговли, и нации с меньшей способностью к мореходной предприимчивости - даже сама Франция, как ни велика она была - начали нуждаться в их продуктах и в их судах. Таким образом, многими путями они приближались к достижению могущества на море. Эти природные стремления и это развитие, конечно, по временам уклонялись в сторону и серьезно задерживались вмешательством других держав, ревниво относившихся к такому процветанию Англии, какого их население могло добиться лишь путем искусственной поддержки; о последней мы будем говорить еще при разборе влияния характера правительства на морскую силу.

Наклонность к торговой деятельности, включая в нее и необходимое производство предметов для торговли, составляет национальную характеристику, в высшей степени важную для развития морской силы, так как невероятно, чтобы при такой наклонности и соответствующих морских границах нация могла быть отвлечена опасностями моря или какими-либо другими неудобствами мореплавания от стяжания богатств путем океанской торговли. Богатство, конечно, может 5ыть приобретаемо и другим путем, но тогда оно не приводит необходимо к развитию морской силы. Возьмем, для примера, Францию. Франция - чудная страна, с трудолюбивым населением и превосходным положением. Французский флот переживал известные периоды большой славы и даже в дни упадка своего никогда не обесчещивал военной репутации, столь дорогой для наций. Тем не менее, как морское государство, надежно опирающееся на широкий базис морской торговли, франция, по сравнению с другими историческими морскими державами, никогда не занимала положения, более, чем почетного. Главная причина этого, поскольку она касается свойств народа, лежит в способах, каким последний добивается богатств. Как Испания и Португалия искали обогащения в добывании золота из недр земли, так характер французского народа заставляет его идти к благосостоянию путем бережливости, экономии, накопления. Говорят, что труднее сохранить, чем составить состояние. Может быть; но отважный темперамент, побуждающий рисковать тем, что есть для того, чтобы приобрести больше, имеет много общего с тем духом предприимчивости, который завоевывает мир для торговли. Осторожность и стремление к экономии, действия робкие и только при наличии уверенности в успехе могут привести к общему благосостоянию в малом же масштабе, но не к развитию внешней торговли и мореходных интересов. Для иллюстрации сказанного приведем пример - придавая ему только то значение, какое он заслуживает.

Один французский офицер, разговаривая с автором о Панамском канале, сказал: "Я имею две акции в этом предприятии. Во Франции мы не поступаем так, как у вас, где большое число акций сосредоточивается в руках немногих. У нас многие берут одну или только очень немного. Когда акции появились на рынке, то жена посоветовала мне купить одну для себя и одну для нее". По отношению к обеспечению личного достатка человека такое благоразумие, без сомнения, достигает цели; но когда излишняя осторожность или финансовая робость становятся национальной чертой, то они неизбежно начинают ограничивать национальные торговые предприятия и судоходство. Осторожность же в денежных делах, в приложениях к другим сторонам жизни, ограничила деторождение и почти остановила прирост населения Франции.