Влияние морской силы на историю

Уничтожение, или рассеяние, тулонского флота остановило вторжение в Англию, хотя пять кораблей, укрывшихся в Кадиксе, оставались предметом беспокойства для сэра Эдуарда Гауке, который крейсировал перед Брестом. Шуазель, лишенный возможности достигнуть своей главной цели, все еще цеплялся за надежду на вторжение в Шотландию. Французский флот в Бресте, под командою маршала де Конфлана, – морского офицера, несмотря на его титул, – состоял из двадцати линейных кораблей, не считая фрегатов. Конфлан настаивал на том, что весь флот должен выйти в море. Морской министр полагал, напротив, что адмирал недостаточно искусный тактик для того, чтобы суметь задержать движение неприятеля и тем обеспечить благополучное прибытие конвоя к месту его назначения близ Клайда без риска решительного столкновения. Полагая поэтому, что должно состояться генеральное сражение, он предпочитал, чтобы оно имело место до отплытия войск, исходя из того, что в случае неудачного для французов исхода его конвой не будет принесен в жертву, а в случае победы путь для него будет расчищен. Транспорты были собраны не в Бресте, но в портах, лежащих к югу от него до самого устья Луары. Таким образом, французский флот вышел в море с намерением и даже с целью сразиться с неприятелем; но не легко увязать его последующее поведение ни с этой целью, ни с тщательно разработанными боевыми инструкциями[99], выпущенными адмиралом перед отплытием.