– Я надеюсь, что смогу еще раз съездить туда вместе с ней! Самое лучшее во всем этом то, что расходы на командировку возмещает ЕС. Мне повезло, что мероприятие проходило до брексита. Жаль, что Англия выходит из ЕС! Для проекта по тиннитусу, в котором заняты люди из нескольких стран, искусственно проведенные государственные границы кажутся особенно абсурдными. Надеюсь, это не ограничит международные исследования. В том, что касается тиннитуса и потери слуха, Англия шагнула далеко вперед, и будет грустно, если больше не удастся организовать такие проекты.
– Да, брексит доставляет неудобство и фармацевтической промышленности. Европейское агентство лекарственных средств (EMA), отвечающее за разрешение на применение медикаментов в ЕС, ранее находилось в Лондоне. Теперь оно вынуждено переехать в Амстердам. То же касается и Европейской службы банковского надзора (EBA), которая сейчас перебирается в Париж. Это обойдется налогоплательщикам в Европе и Англии в целое состояние. А кто теряет больше всего, так это Лондон. Я прочитал в газете, что из-за брексита ежегодно отменяются сотни конференций, а это дополнительные 39 тысяч забронированных номеров в отелях за год. Конечно, в связи с этим также не состоится множество деловых обедов, поездок на такси, походов по магазинам после работы и так далее. К финансовому ущербу приводит и то обстоятельство, что эксперты уезжают один за другим, и Лондон остается не у дел.
Я неодобрительно качаю головой.
– Так бывает, когда строишь стены вместо того, чтобы открывать двери: отгораживаешься от внешнего мира, от которого зависишь. Люди в Англии оказались изрядно обмануты ложными обещаниями политиков. В конечном счете брексит обернется убытками для всех, в первую очередь для британцев, но и для Европы тоже.
– Похоже на то.
Мы еще какое-то время обсуждаем лекарства от тиннитуса, которые можно создать. Тут у меня возникает вопрос:
– Существует ли вообще новое эффективное средство против резкого падения слуха? Насколько мне известно, в 80 % случаев оно влечет за собой тиннитус, а у меня с него началась болезнь.
– Нет, ничего нового не появилось. На конференции в Париже я посетил лекцию, посвященную этой теме, когда ты слушал что-то другое. Исследование на долгое время застопорилось. Не удается выяснить, что вызывает внезапное падение слуха и что именно происходит в организме. Проблема, как и при многих других нарушениях слуха, заключается в том, что невозможно заглянуть в ухо, не повредив что-либо. Подобно тому как ты описывал разнообразие видов тиннитуса, международные определения сильно разнятся. Складывается еще более запутанная ситуация. Мы даже не знаем, как часто происходят внезапные падения слуха. Число новых случаев заболевания колеблется между 20 и 160 на 100 тысяч человек ежегодно. Соответственно, может быть поражен каждый пятитысячный, но и один из 625. В настоящее время ведутся эксперименты с IGF-1. Это инсулиноподобный фактор роста, который можно вводить в ухо в виде геля. Однако даже в этом случае стандартное лечение уже многие десятилетия основывается на кортизоне, хотя в разных странах рекомендованы к применению различные его количества. Одна из самых высоких дозировок – в Германии: если в других странах назначают 60 миллиграммов, у нас это 250 миллиграммов. Есть некоторые признаки того, что более высокая дозировка оказывает положительный эффект на течение болезни, но более содержательные результаты исследования до сих пор не получены.
Я добавляю:
– Это многое говорит о системе здравоохранения в нашей стране. Чем выше доза, тем больше финансовый оборот.
– Скорее всего, нет, потому что кортизон недорогой, и на нем не получится заработать много денег, – говорит Андреас. – Но даже если лечение вообще не проводится, проблема исчезает сама по себе почти в двух третях случаев. Поэтому не совсем понятно, действительно ли работает лечение кортизоном или же несколько человек из групп испытуемых просто самоисцелились. Такое лечение уместно только при внезапном сильном падении слуха. Но были зафиксированы и многочисленные более легкие случаи. Статистика не учитывает, что у многих людей, скорее всего, есть небольшое ухудшение слуха, но они даже не замечают этого. Вы не идете к врачу, поэтому ваш случай остается не учтенным. Бывает, что несколько дней человек плохо слышит на одно ухо, а потом все возвращается к норме. Обидно тем, кто у кого симптомы сохраняются надолго. Спонтанное самоисцеление может произойти в течение нескольких часов, дней или даже месяцев. Но начиная с года без улучшения исцеления ждать уже не стоит, а имеет смысл начать пользоваться слуховым аппаратом.
Я проглатываю застрявший в горле ком.
– Да, к сожалению, мне это слишком хорошо знакомо.
И начинаю рассказывать Андреасу о событии, с которого начался конец моей музыкальной карьеры.