Военная контрразведка НКВД СССР. Тайный фронт войны 1941–1942

Аппарат управлений НКВД СССР и особых отделов фронтов не был многочисленным. Например, на 12 августа 1941 г. во Втором (Контрразведывательном) управлении проходили службу 317 человек. Основная нагрузка в борьбе со спецслужбами Германии ложилась на плечи 37 сотрудников 1-го отдела (борьба с германской разведкой), который вел розыск немецкой агентуры, заброшенной через линию фронта; разрабатывал на этой основе контрразведывательные комбинации; готовил агентуру для закордонной работы; выявлял и разрабатывал лиц, подозреваемых по немецкому шпионажу в Москве; занимался агентурной работой по немецким политэмигрантам; наблюдал за разработками по германскому шпионажу. 24 января 1942 г. Абакумов получил сначала трех зам., а затем их количество было увеличено, так как в его подчинение по мере передачи перешли центральный аппарат контрразведки флота, фронтов и округов, инженерных и химических войск, саперных армий, Главного управления формирований и комплектований Красной армии. Штатная численность ОО фронтов составляла 99-141 человек, армий – 56, танковых армий – 26, воздушных армий – 19. В ОО НКВД стрелковой и кавалерийских дивизий по штату насчитывался 21 сотрудник, в танковой дивизии – 25, в авиационной дивизии – 7.

Что это были за люди, руководившие работой органов безопасности: В.С. Абакумов, Л.П. Берия, В.Н. Меркулов, Н.И. Эйтингон? Все – члены ВКП (б), в партии от 6 до 11 лет, в органах и войсках от 2 до 20 лет, а Меркулов послужил и в царской армии, возраст – от 33 до 56 лет, имели опыт партийной и советской работы, Эйтингон был резидентом внешней разведки в Китае, легальный резидентом в Турции, работал в США, Франции, Бельгии и Испании.

Многие руководители особых отделов фронтов имели необходимую оперативную подготовку и опыт работы. Так, ОО НКВД Ленинградского фронта руководил комиссар ГБ 3-го ранга П.Т. Куприн, в прошлом нач. областного управления НКВД. Его зам. были назначены опытные чекисты Ф.И. Гусев, И.С. Качалов, М.Д. Лавнеев. Подразделения ОО фронта возглавили хорошо подготовленные контрразведчики – офицеры В.В. Кириллов, С.Н. Скляр, И.В. Куров, И.В. Кулецкий, Д.Д. Таевере, В.И. Горбушин и др.

В основном, имея профессиональную подготовку и навыки оперативной работы, в годы войны они приобретали опыт борьбы со спецслужбами Германии, Финляндии, Румынии, Англии и США. Но в первые месяцы войны многие руководители НКВД не сумели еще перестроиться, и на оперативной работе отрицательно сказывались инертность, медлительность, а подчас и недостаточная бдительность. Поэтому руководство советских спецслужб предлагало своим сотрудникам немедленно покончить с этими негативными явлениями и решительно изменить стиль работы. Они должны были не только фиксировать уже совершившиеся факты, предупреждать все недочеты, но и в корне пресекать элементы расхлябанности, вредительства и предательства.

В СМИ и художественной литературе встречаются утверждения о том, что, например, военные контрразведчики сидели в тылу, пили водку и занимались неблаговидными делами. Но место их работы обусловливалось складывавшейся боевой и оперативной обстановкой. Руководители и рядовые сотрудники находились при штабах фронтов, армий, корпусов, дивизий и полков, при командных пунктах и не отсиживались в тыловых подразделениях. Наравне с бойцами и командирами действующей армии они были в первых эшелонах наступавших и оборонявшихся войск, не только выполняли свои прямые обязанности, но нередко в критические моменты принимали на себя командование ротами и батальонами, потерявшими своих командиров в бою.

Поскольку главные трудности возникали именно в области «наведения порядка» в окопах, контрразведчики методично работали над реализацией своего проекта обеспечения непроницаемости переднего края. Расследования по фактам исчезновения бойцов с передовой, проводившиеся сотрудниками ОО, помогали вскрывать серьезные недостатки в организации обороны. В любое время суток и года: зимой в лютую стужу, при ледяном ветре, когда сечет лицо и все вокруг призрачно и бело, а ноги проваливаются и вязнут в глубоком снегу, приходилось не иди, а ползти. А метель проникала сквозь одежду забирала остатки тепла. А летом – обилие дождей, комары. Но помнили только о предстоящем задании[333].