Военная контрразведка от «Смерша» до контртеррористических операций

Ветераны остаются в строю

«Они на верном курсе»

Наш собеседник — генерал-лейтенант в отставке Иван Лаврентьевич УСТИНОВ, начальник 3-го Управления (военная контрразведка) КГБ СССР в 1970–1973 гг.

— Иван Лаврентьевич, объясните, пожалуйста, чем военная контрразведка отличается от, скажем тик, просто контрразведки?

— Уточню, что службу в органах военной контрразведки я закончил в 1981 году, поэтому могу говорить только применительно к своему, так сказать, времени. Так вот, по сравнению со 2-м Главным управлением КГБ СССР, то есть контрразведкой (военная контрразведка в разные времена была 3-м управлением и 3-м Главным управлением), в целом с территориальными органами она имела коренные отличия. В частности, задачи, которые она выполняла, носили более расширенный характер.

— А ведь как-то принято считать совсем наоборот: военная контрразведка занимается только армией, то есть в масштабах государства вопросом достаточно узким…

— Нет, у военной контрразведки всегда были более широкие задачи. В частности, помимо обеспечения безопасности в армии она также активно занималась и гражданскими лицами в окружении воинских частей, особенно во время войны, после освобождения нашей оккупированной территории. В то время территориальные органы там еще только начинали формироваться, и всю эту работу делала военная контрразведка.

— Вы заговорили о Великой Отечественной войне — известно, что для военной контрразведки она стала «звездным часом». Этот период подробно описан в литературе, однако сейчас, когда произошла конъюнктурная «переоценка ценностей», он стал вызывать и огромное количество вопросов. Хотелось бы получить ответы именно у вас — ветерана «Смерша», активного участника событий тех лет. Вот есть точка зрения, что органы военной контрразведки контролировали буквально все происходящее в войсках…

— Шла война, решалась судьба нашей Родины, мы отстаивали свободу и независимость нашего народа. В этих условиях Верховный главнокомандующий Сталин поставил перед органами военной контрразведки задачу изучать состояние дел в воинских частях, то, как решаются боевые задачи, выявлять недостатки, определять причины этих недостатков и виновных лиц и докладывать независимо от командования.

— Наивный вопрос: почему «независимо от командования»? Как говорилось, «принцип здорового недоверия»?

— Вы же знаете, что, например, в разведке никогда не доверяют информации, полученной только из одного источника. Вот и здесь — для перепроверки, для сопоставления. Поэтому независимая информация по нашей линии и шла «наверх», особенно когда проводились крупные, да и вообще любые боевые операции, по этой информации нередко принимались очень острые, серьезные меры.

— То есть действительно «Смерш» был этакой вездесущей организацией и все командиры и военачальники были, что называется, «под колпаком»?

— Да ну что вы, даже если бы и была поставлена такая задача, это невозможно было бы сделать! Как может ее решить отдел военной контрразведки, который имел всего десяток человек.

— Это в полку?

— Нет, это в дивизии по пять-десять человек в зависимости от дивизии. В армейском же аппарате было четыре отделения, по три-четыре человека в отделении, и все! Каждый оперработник выполнял свои прямые задания! В частности, первое отделение — в его составе были три человека — обеспечивало безопасность штаба; на него же была возложена и безопасность ВЧ-связи — это прямая связь со Сталиным. Кто же это мог уследить за каждым, как вы говорите?

— Но ведь, конечно, в решении непростых задач вам помогали и военнослужащие. Почему, как вы считаете, они оказывали оперативным работникам помощь и поддержку?