Александр Геннадьевич Зорихин

Военная разведка Японии против СССР. Противостояние спецслужб в Европе, на Ближнем и Дальнем Востоке. 1922—1945

Введение

Противостояние Советского Союза и стран фашистского блока во второй четверти XX в. является кульминационным моментом новейшей истории, который предопределил расстановку сил на международной арене и заложил основы современного мирового порядка. При этом Красная армия принесла мир и свободу не только израненной войной Европе, но и народам Азии.

Однако руководство современной Японии полагает, что Советский Союз вероломно нарушил условия пакта о нейтралитете 1941 г., развязал советско-японскую войну и незаконно оккупировал так называемые «северные территории» – четыре острова на юге Курильской гряды. Отдельным пунктом в списке японских претензий к Москве стоит судьба военнослужащих Квантунской армии, находившихся в советском плену с 1945 по 1956 г.

Наша страна как правопреемник СССР исходит из принципа незыблемости сложившейся в результате разгрома фашизма международной договорно-правовой системы и выступает за строительство отношений с Японией только на этой основе. Отечественная историческая наука со своей стороны активно участвует в диалоге с Токио, аргументированно и объективно доказывает неизбежность противостояния двух стран во Второй мировой войне и закономерность поражения Японии как союзника нацистской Германии.

На этом фоне малоизученной страницей советско-японских отношений остаётся история разведывательного противоборства двух государств. Несмотря на обилие публикаций о деятельности японских спецорганов против СССР, до сих пор широкой общественности не представлены объективные результаты открытых исследований о роли военной разведки Японии в выработке императорским правительством политики относительно нашей страны в 1922–1945 гг., её участии в развязывании агрессии в Маньчжурии, Китае и МНР, хотя зачастую именно информация разведорганов армии определяла линию поведения Токио в контактах с Москвой и Берлином, способствуя нагнетанию либо нормализации двусторонних отношений.

Ранее решение этой задачи осложнялось узостью источниковой базы в связи с нахождением большинства документов на закрытом архивном хранении. Однако в начале XXI в. Россия и Япония открыли большинство своих архивохранилищ, что позволило изучить механизмы функционирования и содержания информации японской военной разведки, оценить объективность и достоверность поступавших по её каналам сведений о намерениях Москвы и, как следствие, понять логику принятых Токио решений по СССР.

Кроме того, анализ информации и методов деятельности военной разведки Японии даёт уникальный шанс оценить эффективность работы советских контрразведывательных органов всех уровней, выявить слабые места в системе обеспечения безопасности нашей страны и скорректировать актуальную деятельность отечественных спецслужб с учётом использования сопредельными государствами японского опыта.

В отечественной историографии

изучение деятельности японской военной разведки в рассматриваемый в книге период началось в 30-х гг. прошлого века, практически сразу после захвата Японией Маньчжурии. Наряду с работами и статьями публицистического плана в 1934 г. появилось первое закрытое научное исследование, написанное начальником кафедры разведки Военной академии имени М.В. Фрунзе К.К. Звонаревым – «Японская разведывательная служба». Кроме того, в 1939 г. в открытой печати была опубликована работа начальника японского отделения 3-го (контрразведывательного) отдела Главного управления государственной безопасности Народного комиссариата внутрениих дел (ГУГБ НКВД) СССР А.А. Гузовского («А. Вотинов») «Японский шпионаж в русско-японскую войну 1904–1905 гг.», а в 1940 г. Особое бюро при наркоме внутренних дел подготовило закрытую монографию «Японская разведка»[1].

В послевоенный период исследования о деятельности военной разведки Японии носили ведомственный характер и выполнялись территориальными органами государственной безопасности и Высшей Краснознамённой школой Комитета государственной безопасности (КГБ) СССР[2]. Работ, предназначенных для широкого круга читателей и исследователей, было достаточно мало[3], что обуславливалось нежеланием органов КГБ раскрывать методы противодействия японской разведке, которые использовались в борьбе с американскими и китайскими спецслужбами. В то же время, в 1989 г., увидела свет монография А.А. Кошкина «Крах стратегии „спелой хурмы“: Военная политика Японии в отношении СССР, 1931–1945 гг.», в которой впервые в научный оборот были введены исследования японских историков, касавшиеся участия разведорганов империи в планировании боевых действий против СССР в 1941–1945 гг.[4]