Военная разведка Японии против СССР. Противостояние спецслужб в Европе, на Ближнем и Дальнем Востоке. 1922—1945

После распада Советского Союза и кратковременной либерализации архивной политики Федеральной службой безопасности (ФСБ) и Министерством обороны, тема разведывательного противостояния Японии и СССР в 1922–1945 гг. вновь оказалась востребованной отечественными историками. В работах В.С. Христофорова, Е.А. Горбунова, А.В. Соловьёва, Н.С. Чумакова, О.В. Шинина, А.М. Буякова, В.В. Слабука, С.В. Тужилина, А.Ю. Цыбина, А.Б. Шульженко, Л.В. Ку-раса, А.Г. Теплякова, О.Б. Мозохина, А.Е. Куланова были раскрыты детали проводившихся органами государственной безопасности оперативных мероприятий по пресечению агентурной деятельности в СССР зарубежного разведаппарата Генштаба Японии и попыток активного использования им эмигрантских организаций в Маньчжурии[5]. В исследовании В.Н. Хаустова и Леннарта Самуэльсона рассматривается взаимосвязь между деятельностью иностранных разведок, в том числе и японской, и массовыми репрессиями в Советском Союзе в предвоенный период[6]. Значительный объём фактического материала из числа перехваченных советской разведкой и контрразведкой документов японских разведывательных органов в Европе, СССР и на Ближнем Востоке был введён в научный оборот и проанализирован А.А. Здановичем, В.И. Ершовым, В.В. Капистка, Л.Ф. Соцковым, А.А. Кириченко

[7]. Существенный вклад в изучение истории формирования и деятельности русского диверсионно-разведывательного отряда «Асано» внёс С.В. Смирнов[8]. В исследовании А.В. Трехсвятского впервые был поставлен вопрос о роли бывшего руководителя органов государственной безопасности Дальневосточного края Г.С. Люшкова в возникновении «хасанского инцидента» и об его использовании японской разведкой в подрывных операциях против СССР[9]

. Историк-архивист А.Е. Забелин изучил взаимодействие японской и польской разведок в Прибалтике и Скандинавии в годы Второй мировой войны, а также подготовку переводчиков в харбинской школе русского языка Квантунской армии. И.В. Просветов рассмотрел мероприятия советской контрразведки в предвоенный период против японского разведаппарата в европейской части нашей страны. Вопросы сотрудничества радиоразведывательных органов армий Японии и Финляндии в годы Второй мировой войны нашли отражение в монографии В.В. Никитина[10]. Изучению связей японской военной разведки с лидерами тюрко-татарской эмиграции посвящены исследования Л.Р. Усмановой и А.Б. Юнусовой[11].

Одновременно увидел свет цикл работ украинских исследователей, в котором рассматривались контакты разведорганов японской армии с представителями Организации украинских националистов (ОУН) и Украинской Народной Республики (УНР)[12]. Они дополнили изданную в 1972 г. содержательную работу «Украинско-японские отношения, 1903–1945» бывшего активиста украинского эмигрантского движения в Северной Маньчжурии Ивана Свита, позднее перебравшегося в США, в которой подробно раскрыта история взаимодействия японской военной разведки с украинскими националистами в Европе и на Дальнем Востоке[13].

Тем не менее, несмотря на большое количество работ, посвящённых истории советских и японских спецслужб, сегодня достаточно трудно найти комплексное исследование, в котором бы рассматривался генезис структуры и методов деятельности разведывательных органов японской армии. Внимание практически всех исследователей обращено на вопросы советского контрразведывательного противодействия японскому шпионажу.

Исключение составляют статьи историка С.А. Куртинца, написанные по материалам Центрального оперативного архива ФСБ и Архива УФСБ по Омской области. В них он, в частности, рассматривает процесс становления разведорганов армии и Министерства иностранных дел (МИД) Японии в Приморье и Северной Маньчжурии в 1922–1930 гг., оценивает эффективность работы японской разведки против нашей страны до так называемого «маньчжурского инцидента»[14]. Кроме того, отдельная глава, посвящённая структуре и основным направлениям деятельности разведывательных и контрразведывательных органов Японии в годы Второй мировой войны, имеется в вышедшей в 2020 г. коллективной монографии О.Б. Мозохина и С.В. Тужилина[15].

Достаточно подробно деятельность органов военной разведки Японии накануне и в годы Великой Отечественной войны изучена В.П. Ямпольским, защитившим в 1983 г. диссертацию на тему «Борьба органов государственной безопасности СССР с подрывной деятельностью японской разведки в годы Великой Отечественной войны (1941–1945)». Опираясь на архивные материалы из фондов Федеральной службы безопасности, он раскрыл структуру, формы и методы деятельности Информационно-разведывательного управления (ИРУ) Квантунской армии, проанализировал влияние докладов военного и военно-морского атташе Японии в СССР на принятие высшим руководством империи политических решений на советском направлении в годы ВОВ, оценил эффективность агентурного проникновения японской разведки в нашу страну[16].