Война Москвы и Твери. Правда о рождении России

А страсти в Орде всё кипели. Летописцы сообщают, что Дмитрий убил Юрия, по одним данным, у ханского шатра, даже на глазах Узбека, по другим – у входа в церковь. Отомстил за отца. Это с одной стороны. А с другой – уголовный самосуд, вопиющий и по русским, и по ордынским законам. Даже хан не ожидал, при всей эксцентричности русских и их буйства под горячую руку, такой развязки. Но быстро сообразил в сложившейся ситуации. Теперь князья – не просто ханские вассалы, но в его руках и у него под судом. Узбек был правителем жёстким; он казнил более сотни родственников-чингизидов. А тут – наглый самосуд у него на глазах, убит великий князь, внук Искандера Новгородского (Невского) и его зять. И через 10 месяцев раздумий (Дмитрий жил в Сарае) Узбек казнит Дмитрия Тверского. Ярлык же оставляет его брату Александру Тверскому. ОДНАКО ЦЕРКОВЬ РУССКАЯ РЕШИЛА ИНАЧЕ. Тело Юрия было доставлено в Москву и погребено в церкви св. Архангела Михаила. Митрополит Пётр с четырьмя епископами совершил сей обряд печальный. И затем переезжает в Москву [266]. Тут опять встаёт вопросик. Вот, старшие князья Руси, начиная с Александра Невского и Данилы Галицкого – с самого начала улуса Джучи имели право входить к хану с оружием. Более того, тот же Плано Карпини, когда общался в ещё в Монголии в XIII веке с ханом Гуюком, то само общение происходило через офицера князя Ярослава, который был и переводчиком заодно и на добровольных началах. С ним, в общем, Гуюк и общался, потому что говорить с таким заморышем (и даже смотреть в его сторону), как посол какого-то католического, пардон, папы, считал для себя просто несносным делом. И вот эти русские, да, пускай весьма эксцентричные, любители подраться (для них даже существовали исключения, только драка должна была проходить подальше от ханского шатра и без синяков; что возможно только холодным оружием – кто у кого выбьет), тем не менее никто из них ни разу не воспользовался своим оружием на человека. Кроме Дмитрия Тверского. Это что: особые условия, когда лесной медведь не совладал с собой? Но тогда и ситуация с княжной Агафьей тоже была из рубрики «не совладал». Ненавистная жертва у истеричного князя на глазах. Это похоже на истину. Но больше никаких реальных доказательств и даже логических посылов и мотивов мы уже не найдём. А повествование наше сейчас уйдёт в сторону. Ибо – внимание! – на арену выходит новый яркий (без всякой иронии) персонаж Александр Тверской. Который будет творить такие дела, что и не снились Михаилу с Дмитрием и вообще всем нашим мудрецам. Итак, занавес! И сцена номер 2. Не довольствуясь успехами своих ратей, хан хотел создать у восточных границ Литвы внушительную владимирско-тверскую военную силу. Уже самим своим положением Тверь была призвана стать западным форпостом «русского улуса», союзного Орде. И Узбек думал. И, скорее, не о том, казнить или нет Дмитрия, а кому отдать ярлык. Наконец Дмитрий Михайлович был казнён, а его место занял следующий по старшинству сын Михаила Тверского – Александр. В отличие от Дмитрия, он не был бездетным. В 1321 году княгиня Анна родила ему сына Льва. После казни Дмитрия Александр получил ярлык на великое княжение Владимирское и одновременно стал правителем Твери. Вернувшись к схеме Владимир – Тверь – Литва, хан обогатил ее одним существенным дополнением. В Твери он велел разместить татарский отряд под началом Чолхана (в русском произношении – Шевкал, Щелкан). Историки обычно объясняют этот шаг тем, что «хан хотел поставить великого князя под свой контроль» [267]. Однако, кроме этого, есть (возможно) ещё одна причина. Присутствие отряда Шевкала в Твери указывает на его «международное» значение. Это войско должно было служить своего рода дамокловым мечом, постоянно нависавшим над восточными областями Литвы. Вместе с тем Шевкал мог при ином повороте событий выступить и как союзник Литвы в войне с Орденом. Конечно, хан сознавал, что пребывание татар в Твери может привести к конфликту с жителями [268]. Ведь ордынских гарнизонов на Руси не было. Однако князь Александр, видимо, обещал уладить этот вопрос [269]. Очевидно, так оно и было. Не исключено. А может, и другой был здесь подтекст. Узбеку, справившемуся на сей момент со своей степной оппозицией, стали намекать, а то и прямо говорить, что настало время русских тоже хорошенько поприжать. У них там даже гарнизонов нет. А надо бы. И вот тут начинаются вещи практически необъяснимые. Ведь Александр и Шевкал должны были помогать друг другу. А как на деле вышло? В то время как в Москве готовились к освящению Успенского собора, в Твери назревали события совсем иного рода. Их общий ход можно восстановить путем внимательного изучения весьма противоречивых сообщений различных летописей. Отряд под началом ханского брата Шевкала разместился прямо в городе. Сам Шевкал со свитой поселился в княжеском дворце, выгнав оттуда князя Александра. Стоп! Это что за бред? Что за «гость-союзник»?