Основной поток восточных на Азовско-черноморском (южном) пути торговли Золотой Орды с Западом товаров шел через Тану (Азов, Азак) – поселение в устье Дона, и дальше, Азовским морем до Кафы. Город Кафа укреплялся: строились стены, башни, валы, рылись рвы и окопы. Помимо этого в XIV веке Кафа связывается прочными торговыми контактами с русскими землями (через Азовское море, быстро растущую Тану и вверх по Дону – до Москвы, Смоленска, Новгорода – часть русских мехов, воска, пеньки, смолы, леса пошла напрямик в Южную Европу; этот путь стал замещать бывший «из варяг в греки», причём он был удобней, т. к. на нём не было днепровских порогов). Только вместе с Таной снова растёт роль Венеции. И, наконец, усилившиеся генуэзцы после смерти хана Узбека поссорились в 1344 году с новым правителем Золотой Орды – Джанибеком. Ему в это время и так было нелегко. Католические Польша и Венгрия усилили давление и на Русь (Галицко-Волынское княжество), и на Орду в районе Прута и Нижнего Дуная. Но конфликт в Крыму был для ордынцев гораздо важнее – ведь через Азов и Крым шла такая важная торговля. И в 1344 Джанибек обратился к Кафе, как это не раз делалось и до него; и всегда успешно для войска Орды. Но тут встретил столь сильный отпор, что вследствие изнурительной и долгой осады, продолжавшейся два года и причинившей более вреда осаждавшим, нежели осажденным, хан Джанибек был вынужден просить мира. Кроме внезапных вылазок на сухом пути, генуэзцы действовали и на море. Их корабли держали в столь тесной блокаде берега Азовского моря, что и на Босфоре Константинополь терпел чрезвычайный недостаток в хлебе, рыбе и других припасах, доставлявшихся в столицу Греческой империи из моря Меотического и из рек, в него впадающих. Удачная вылазка, сделанная кафеянами в феврале 1344 г., принудила татар заключить мир. В апреле того же года Джанибек отправил своих послов в Геную, и община генуэзская помирилась на том условии, что татары возвратят жителям Кафы все у них похищенное и исправят поврежденное в городе. Тогда хан снова двинулся в Южный Крым, решив сурово наказать итальянцев, но. Ничего из этого опять не вышло. Кафа стала мощной крепостью, которая не зря укреплялась с 1316 года. О качестве кафинских укреплений свидетельствует тот факт, что в 1344–1347 гг. татарские войска несколько раз осаждали город, но захватить его так и не смогли. Признавая формально вассальную зависимость от Золотой Орды, генуэзцы, надежно защищенные крепостными стенами Кафы, могли не только чувствовать себя в полной безопасности, но и принуждать татарские власти к отказу от агрессивных действий. И в 1344 г. Генуя договорилась с Венецией о совместной борьбе против Орды. После этого вся морская торговля была блокирована, Азовское море занял флот итальянских союзников. Взять Кафу ни осадами, ни штурмом, ни обстрелом из осадных орудий не удалось. Фортификация Западной Европы за 100 лет сделала большой шаг вперёд. И в итоге крепость Кафы оказалась не по зубам Золотой Орде. Это вынудило Джанибека пойти на заключение мира уже с обеими республиками. Тот же прием итальянцы повторяли при возобновлении конфликта в 1347 и в 1349 годах. И всякий раз – с благоприятным для себя результатом. Вдобавок в 1345 году Рим объявил крестовый поход против Золотой Орды. Приведенные факты показывают, насколько важной стала для Золотой Орды морская торговля, полностью находившаяся в руках итальянских городов-республик. Но если в начале XIV века татары чувствовали себя хозяевами в Крыму, то теперь, после нескольких судорожных попыток, им пришлось не только признать де-факто уже полную независимость городов-крепостей, но и уступить им Азовское море. Господство Золотой Орды в этом важнейшем для нее стратегическом регионе теперь кончалось у Таны (Азова). А от Азова до Сарая – всего 400 км. Ситуация изменилась радикально не в пользу хана. Практически в 1344/45 гг. произошла аннексия Южного берега Крыма. Золотая Орда потерпела первое в своей истории тяжёлое поражение. Практически разгромное. И Золотая Орда, особенно после объявления против неё крестового похода в 1345 году, окончательно меняет свою политику и своё отношение к Суздальской земле, а вернее, теперь уже – к Великому княжеству Московскому (То, что началось ещё при Узбеке, в 1331 году и в 1339-м. Проницательный отец Джанибека чувствовал усиление Запада. А потому внимательно прислушивался к словам Петра Волынца и новгородских послов). Ибо там Польша с Литвой также и усиливались, и завязывали дружбу – сперва против Тевтонского ордена. В соответствии с белорусско-литовскими летописями, после захвата Северной Волыни Гедимин, «собравши вси силы литовские и жемойтскии, и русскии, и поиде на другой недели по Велице дни (т. е. после 15 апреля) на князя Станислава киевского».
