Война Польши против Советской России. Воспоминания главнокомандующего польской армией, 1919–1921

Столь рискованная миссия требовала со стороны генерала, командовавшего нашим левым флангом, большой решительности, инициативы и энергии. Назначив ему в качестве цели Цеханув, настаивая на этом направлении в его маневре, я преследовал не одну лишь тактическую цель, я подчинялся еще и моральным соображениям.

Генерал Крайовский 13 августа обнаружил движение русских войск на линии Цеханув — Рацёнж. Отбросив в течение ночи подразделения красных, перешедшие Вкру в Слеповронах, он на рассвете 14 августа бросил 5 батальонов, 4 батареи и кавалерийскую бригаду в направлении Бобошово— Сабриево, а затем Мыстково — Жевин (схема № 4). Он достиг этих населенных пунктов в тот же день, около полудня, после небольших стычек с противником. Движение 18-й пехотной дивизии создавало угрозу левому флангу советским IV армии и III кавалерийскому корпусу, действовавшим в районе Серпца, Бежуня и Глиноецка, за исключением 12-й стрелковой дивизии, прикрывавшей IV армию с севера. Так что ничего удивительного, что противник ответил на эту вылазку энергичной контратакой против левого фланга группы Крайовского, оставшегося на Вкре. Бои, развернувшиеся 14 августа в результате этого в районе Сахоцин — Йонец, не принесли противнику местного успеха. Однако они вынудили генерала Крайовского оставить первоначальное направление удара и развернуться фронтом для атаки правого фланга советской XV армии.

На остальном фронте 5-й армии русские утром того же дня предприняли попытку наступления; они попытались перейти Вкру в районе Бледово — Борково, но безуспешно. Они атаковали Модлин с севера и овладели двумя внутренними фортами Менкошин и Торунь, которые мы слабо удерживали. Это вызвало в Модлине короткое замешательство, которое полковник Малевич быстро подавил. Но атака большевиков на этом направлении не была энергично продолжена, мы рассматривали падение двух фортов как второстепенное событие и не послали для подкрепления ни одного батальона.

В непосредственном соседстве 5-й армии 7-я резервная бригада полковника Малаховского отбила атаки большевиков с севера на Зегже.

Падение Радзымина и бои на юге

Иначе обстояли дела на Восточном фронте нашей 1-й армии, где, к сожалению, подтверждались самые худшие предположения генерала Галлера, командующего фронтом, и полковника Загорского, начальника его штаба.

На этом участке советские 21-я и 27-я дивизии атаковали на рассвете Радзымин, местечко в болотистой долине Жондзы. Там большевики наткнулись на наш 46-й пехотный полк, рассредоточенный кордоном, «смели» его, согласно русскому выражению, овладели деревней и выдвинули свои авангарды на линию Борки — Александров— Хеленув. Наша 11-я дивизия была ослаблена недавними перетасовками личного состава; рассредоточенная кордоном приблизительно на 25 км, она не располагала свободными частями для контратаки. В результате этого противник без крупных боев дошел западнее Радзымина до второй и последней линии обороны варшавского передового плацдарма, линии, которая использовала песчаные дюны, простиравшиеся от Непорент до Рембертува, а на востоке окаймлена болотами.

Чтобы отбить потерянные позиции, нам пришлось задействовать 19-ю пехотную дивизию, находившуюся в резерве фронта в Марках. Это соединение было брошено в лобовую контратаку и отбило Радзымин в тот же день к полудню; оно смогло продержаться там лишь несколько часов против советской 27-й дивизии, которая снова захватила деревню и вынудила его отступить. Генералу Галлеру пришлось направить к Радзымину 10-ю пехотную дивизию, его последний резерв[49]; но она была не в состоянии быстро вступить в дело.

14 августа мы оставались под тягостным впечатлением от победы русских на этом участке.

Радзымин находится в 23 км от Варшавы. Его потеря, случившаяся, несмотря на наше превосходство сил и средств на Варшавском операционном театре, вызвала в столице живейшую тревогу; она взволновала главнокомандующего; она захватила внимание командования фронта и поглотила его резервы, что могло сделать наше положение крайне тяжелым, если бы противник возобновил свои атаки в направлении Праги. Для спасения Варшавы, которой угрожала такая опасность, наше командование рассчитывало на контратаку 10-й дивизии, а затем на контрнаступление 5-й армии, которое торопило и которое было возобновлено 14 августа около полудня по настояниям командования Северного фронта, как мы видим, оправданным.

Еще немного — и затруднения фронта ускорили бы начало контрнаступления на Вепше. Действительно, маршала Пилсудского просили назначить его начало на 15 августа, что могло иметь неблагоприятные последствия из-за незавершенности подготовительных мероприятий маневренной группы. Главнокомандующий, однако, сохранил ранее установленную дату 16 августа.