Читаем Война Польши против Советской России. Воспоминания главнокомандующего польской армией, 1919–1921 полностью

Значение этого успеха на нашем левом фланге было смазано поражением, которое в тот же день потерпела Сибирская бригада. Большевистские войска, форсировавшие Вкру в Завадах на плечах 2-го Сибирского полка, повернули на север, ударили в правый фланг нашу 18-ю дивизию и попытались зайти ей в тыл. Завязавшиеся бои шли с переменным успехом, несмотря на замечательную твердость 144-го пехотного полка, державшего правый фланг нашей дивизии. Отвлекающий удар русских затруднил маневры левого фланга нашей армии; он едва не разорвал наш фронт надвое, что разрушило бы все наши планы и, возможно, повлекло бы армии в два приема.

Новое падение Радзымина

Ситуация стала еще более тревожной после новости о втором падении Радзымина; 19-я дивизия будто бы была там уничтожена, а 10-я дивизия, которая в Яблонне прикрывала наш правый фланг и тылы, была направлена в Радзымин. После вторичного взятия Радзымина большевистские патрули достигли линии Воломин — Изабелин— Непореты; необоснованные слухи, всегда активные в подобных обстоятельствах, утверждали, что они уже возле фортов Новы — Двура и в предместьях Праги.

Движение большевистских патрулей на Прагу вызывало у нас страх оказаться отрезанными от Варшавы. Требовалось прежде всего прояснить ситуацию на нашем правом фланге. Группа разведчиков из офицеров, направленная ночью к Беньяминуву, установила, что этот форт удерживается 48-м пехотным полком полковника Чуковского; она удостоверилась в том, что Непореты в руках большевиков, численность которых неизвестна. Следовательно, нам следовало усилить свои порядки, чтобы восстановить прочный фронт, а потом возобновить наступление.

Неопределенный результат битвы на Вкре

Сначала полковник Лучинский получил приказ действовать энергично, несмотря на измотанность 18-й пехотной бригады и невзирая на потери, которые повлечет данная операция.

Эта бригада, сосредоточенная возле форта Бледово, должна была атаковать с юга в левый фланг советскую 11-ю дивизию, удерживавшую Борково, чтобы сковать ее в этом пункте и не позволить расширить брешь в нашем фронте на Вкре.

18-я бригада, выступившая вечером, не смогла выполнить поставленную задачу полностью, так как не дошла до Борково и Врона. Тем не менее она заставила противника развернуть часть своих сил фронтом на юг, что временно лишило его свободы движения, так угрожавшей нам в это время и в этом месте.

Мы использовали эту передышку для организации хорошо скоординированной операции. В тылах Сибирской бригады был восстановлен порядок. Затем я в ту же ночь отправился в Горны Вроны, чтобы подготовить к выступлению Добровольческую дивизию, которая должна была выйти из Врон на следующий день. Эта дивизия, наскоро реорганизованная и перевооруженная, должна была занять позиции, оставленные Сибирской бригадой. Однако, несмотря на форсированный марш, несмотря на неутомимую энергию ее командира и офицеров, она не смогла прибыть в район Вроны — Юзефуво ранее 22 часов. Там она, пользуясь темнотой, немедленно сменила оттесненные в этот район части Сибирской бригады; она заняла высоты восточнее данных населенных пунктов. 9-я дивизия взаимодействовала с Добровольческой дивизией южнее, у Борково; она была восстановлена благодаря слиянию 18-й пехотной бригады с 17-й, которая на тот момент составляла армейский резерв.

Таким образом, хотя ночью на позиции 144-го пехотного полка, правофлангового в 18-й дивизии, было произведено еще несколько атак, он их отразил, а я смог подготовить контрнаступление на линии Борково — Насельск с запада и юго-запада. В этой операции Сибирская бригада, действуя южнее Завад, прикрывала левый фланг Добровольческой дивизии, а затем должна была нанести удар на Нове-Място, чтобы облегчить положение внутреннего крыла группы Крайовского.

В течение ночи я констатировал факты беспорядочного бегства некоторых вверенных мне частей, отчаяние офицеров и неверие в победу у большинства самых высоких начальников. Эти последние предложили моему начальнику штаба немедленно приостановить контрнаступление, явно бесполезное, во всяком случае слишком кровопролитное, и продолжить отступление. Вследствие этого я в 2 часа передал по телефону приказ, в котором, ссылаясь на высшие интересы, требовал от моих подчиненных неуклонно исполнять свой долг и на рассвете 15 августа возобновить наступление.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

СМЕРШ
СМЕРШ

Органы СМЕРШ – самый засекреченный орган Великой Отечественной. Военная контрразведка и должна была быть на особом режиме секретности. Десятки имен героев СМЕРШ мы не знаем до сих пор. Об операциях, которые они проводили, не было принято писать в газетах, некоторые из них лишь сейчас становятся известны историкам.А ведь в годы Великой Отечественной советским военным контрразведчикам удалось воплотить лозунг «Смерть шпионам» в жизнь, уничтожив или нейтрализовав практически всю агентуру противника.Известный историк разведки – Александр Север – подробно рассказывает об этой структуре. Как работал и воевал СМЕРШ.Книга также выходила под названием «"Смерть шпионам!" Военная контрразведка СМЕРШ в годы Великой Отечественной войны».

Александр Север , Михаил Мондич

Биографии и Мемуары / Военная документалистика и аналитика
Фронтовые разведчики
Фронтовые разведчики

«Я пошел бы с ним в разведку» — говорят о человеке, на которого можно положиться. Вот только за время, прошедшее с войны, исходный смысл этой фразы стерся и обесценился. Что такое настоящая войсковая разведка, чего стоил каждый поиск за линию фронта, какой кровью платили за «языков» и ценные разведсведения — могут рассказать лишь сами полковые и дивизионные разведчики. И каждое такое свидетельство — на вес золота. Потому что их осталось мало, совсем мало. Потому что шансов уцелеть у них было на порядок меньше, чем у других фронтовиков. Потому что, как признался в своем интервью Ш. Скопас: «Любой фильм ужасов покажется вам лирической комедией после честного рассказа войскового разведчика о том, что ему пришлось увидеть и испытать. Нам ведь очень и очень часто приходилось немцев не из автомата убивать, а резать ножами и душить руками. Сами вдумайтесь, что стоит за фразой "я снял часового" или "мы бесшумно обезвредили охрану". Спросите разведчиков, какие кошмары им снятся до сих пор по ночам…» И прежде чем сказать о ком-то, что пошли бы с ним в разведку, спросите себя самого: а сами-то вы готовы пойти?

Артем Владимирович Драбкин

Детективы / Военная документалистика и аналитика / Военная история / История / Военная документалистика / Cпецслужбы
Россия в Первой Мировой. Великая забытая война
Россия в Первой Мировой. Великая забытая война

К 100-летию Первой Мировой войны. В Европе эту дату отмечают как одно из главных событий XX века. В России оно фактически предано забвению.Когда война началась, у нас ее величали «Второй Отечественной». После окончания — ославили как «несправедливую», «захватническую», «империалистическую бойню». Ее история была оболгана и проклята советской пропагандой, ее герои и подвиги вычеркнуты из народной памяти. Из всех событий грандиозного четырехлетнего противостояния в массовом сознании остались лишь гибель армии Самсонова в августе 1914-го и Брусиловский прорыв.Объективное изучение истории Первой Мировой, непредвзятое осмысление ее уроков и боевого опыта были возможны лишь в профессиональной среде, в закрытой печати, предназначенной для военных специалистов. Эта книга — коллективный труд ведущих советских «военспецов» 1920-х годов, в котором бывшие штаб-офицеры и генералы царской армии исследовали ход и результаты недавней войны, разбирая собственные ошибки и готовясь к будущим сражениям. Это — самый глубокий, подробный и компетентный анализ боевых действий на русско-германском фронте. Книга богато иллюстрирована уникальными фотографиями, большинство которых не публиковались после 1917 года.

С. Н. Покровский , Е. К. Смысловский , К. И. Величко , Е. И. Мартынов , А. А. Майнулов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное