Война Польши против Советской России. Воспоминания главнокомандующего польской армией, 1919–1921

Неприятель, уже имея крупный успех за 16 и 17 августа, продолжал напрягать все усилия с целью отбросить еще дальше на восток правое крыло Западного фронта и через непрерывное ведение наступательной операции не допустить задуманных нами перебросок из XV и III армий на юг к отходящей XVI армии. Для большей устойчивости левого фланга польской армии польское командование направляет 8-ю бригаду 4-й пехотной дивизии из своей 2-й армии в район Плоньска.

17 августа на фронте XV, III и XVI армий неприятель продолжает активное движение за нашими отходящими частями. Трехчасовой бой в районе Винницы, где 9-я пехотная дивизия поляков сломила наше сопротивление, открыл противнику прямой путь на Пултуск, который был занят в 20 часов 17 августа. В это же время 7-я резервная бригада 1-й польской армии, действуя совместно с частями 5-й польской армии, быстрым движением вперед выходит к устью Нарева и захватывает район Сероцка…»

Анализ распоряжений русского командования

Все изложенные распоряжения Верховного командования противника четко показывают, какой хаос царил на русской стороне под воздействием последних событий. Каменев не направлял эти события, играя роль скорее наблюдателя и военного критика, чем главнокомандующего; впрочем, его замечания, сделанные на сумбурные решения Тухачевского, были отчасти справедливы.

Действительно, в этот момент лишь решительное использование ситуации, созданной ошибками советской IV армии, могло приблизить русские войска к их цели. Речь идет об атаке по сходящимся направлениям всей советской IV армии и корпуса Гая по тылам нашей 5-й армии (за исключением советской 12-й дивизии, слишком удаленной, поскольку она вела бои в Броднице). Продолжение атаки кавалерийского корпуса на Плоцк было бессмысленным; форсирование Вислы с целью наступления на Варшаву по левому берегу реки тем более.

Каменев явно был введен в заблуждение донесениями своих подчиненных относительно реального положения русских войск, сражавшихся с польскими армиями. Так, он ошибался, советуя Тухачевскому продолжать наступление III кавалерийского корпуса по пути, проложенному Паскевичем. Он напоминал, что не одобрял план операций на Висле, предложенный командующим Западным фронтом, но это саркастическое замечание заключало в себе лишь мнение, а не приказ, точно так же, как последующее осуждение ограничивалось обычной критикой, а не было сформулировано в форме твердого решения, обязывающего командующего Западным фронтом изменить свой план. Однако ситуация второй половины августа 1920 г. требовала от русского командования принятия четких и энергичных решений с полным пониманием положения дел.

Русское Главное командование не сумело настоять и на исполнении своего приказа о перегруппировке Юго-Западного фронта, согласно которому 1-я Конная армия Буденного должна была быть переброшена на север — последний шанс для Тухачевского выправить ситуацию. Командующий Юго-Западным фронтом товарищ Егоров выдвинул фантастический план овладения Львовом, занятия Перемышля и Самбора, с последующим форсированием Днестра и созданием угрозы Румынии; он упорствовал в этом даже после передачи армии Буденного в распоряжение Тухачевского. Однако Каменев в разговоре с Егоровым 18 августа ограничился лишь выражением сожалений в связи с задержкой исполнения его приказа о перенацеливании XII армии и Буденного на Люблин. Эта задержка уже имела печальные последствия, но Каменев был абсолютно не в состоянии их исправить.

Тухачевский принял теоретически правильные меры в отношении ускорившихся на Северо-Западном фронте событий. Но, находясь слишком далеко от театра боевых действий, он был плохо информирован, имел искаженное представление о ситуации в целом и не осуществлял эффективного руководства сражением. Когда наша 5-я армия, выполняя поставленную перед ней задачу, разгромила советские XV и III армии и тем самым сделала неосуществимым план наступления на Варшаву с запада, Тухачевский переоценил силы Модлинской группы и не увидел опасности, исходящей с юга. Он счел, что для того, чтобы выбраться из западни, ему достаточно «главными силами разгромить Модлинскую группу противника», что, разумеется, было недостаточным для выправления положения.

Разгром Модлинской группы должна была осуществить советская IV армия, которая, прикрывшись со стороны Бромберга (Быгдоща), энергично атаковала бы тылы нашей 5-й армии. Советская XV армия, со своей стороны, получила приказ во взаимодействии с IV атаковать Плоньск с северо-востока, а III — прикрывать Нарев и левый фланг XVI армии, завладев передовым плацдармом на Буге у Вышкува.