Война забытая, Война оболганная

Начнем с тех мотивов, которые побудили руководство СССР к такому нетривиальному, затратному и рискованному шагу. Некоторые, кто пытается всю палитру событий Великой Отечественной объяснять либо «тиранством» Верховного, либо его «некомпетентностью», могут сказать, что «Сталин подобным образом тешил собственное тщеславие». Отнюдь! Основная версия, бытующая в официальной историографии такова: «Большой вальс» был необходим Советскому Союзу для того, чтобы еще раз подчеркнуть масштаб сокрушительного разгрома Вермахта, осуществленного в рамках блестящей операции «Багратион», начавшейся 23 июня 1944 года и на момент проведения московского «парада побежденных» еще продолжавшейся, пусть и в своей завершающей стадии. В ходе этой серии сражений, относимой военными историками к числу «величайших битв всех времен и народов», немецкая группа армий «Центр» фактически прекратила свое существование – Красная армия оставила от нее мокрое место. Фрицев вышибли не только с территории Белоруссии и Прибалтики, но и крепко потеснили в Восточной Польше, перенеся военные действия за пределы СССР. Вражеские потери в ходе этого эпического побоища были ужасающи. Об их реальных размерах споры идут по сей день. Многие исследователи склонны считать даже цифру в 400 тысяч убитых и более 150 тысяч пленных нацистов сильно заниженной. Одних только генералов в плен угодило 21, что составляло чуть ли не половину чинов Вермахта такого уровня, командовавших его корпусами и дивизиями!

Вполне ожидаемо, что в стане наших «союзников» известия о столь ошеломительных победах Москвы восприняты были далеко неоднозначно. В некоторых западных СМИ нашу страну принялись прямо обвинять в «приписках», преувеличении мощи и доблести своей армии. Особенно закономерно подобная реакция смотрелась в силу того, что у высадившихся примерно в то же самое время (6 июня 1944 года) в Нормандии британцев и американцев дела шли, мягко говоря, далеко не так хорошо (и это несмотря на то, что наиболее боеспособные части Вермахта в этот момент отчаянно пытались остановить РККА на Восточном фронте). За первые несколько недель их «победоносного наступления» немцы успели только в плен нахватать больше 20 тысяч «освободителей Европы» и решили … прогнать их с позором по Парижу. Когда? Да 17 июля 1944 года! Отсюда нам становится ясно – дата «Большого вальса», на который были приглашены представители всех союзных СССР государств, была выбрана не случайно. Иосиф Виссарионович хотел «макнуть» наших «союзников» как можно сильнее? Да вне всяких сомнений! И имел к тому абсолютно все основания – хотя бы за то, что с открытием «второго фронта» они тянули до последнего.

Вдумайтесь в суть происходящего – в тот самый момент, когда по столице Франции гнали американцев, англичан и канадцев (между прочим осыпаемых плевками и побоями местных жителей, тех самых, что несколько месяцев спустя будут чуть ли не целовать траки американских танков), Сталин демонстрировал представителям США, Британии и Франции нескончаемый поток понуро бредущих по сияющей Москве разгромленных гитлеровцев. Нет, гений, право же, гений!

Было, безусловно, и еще несколько моментов. Красная армия к тому времени очистила от оккупантов советскую землю. Однако, Верховный прекрасно понимал, что останавливаться на этом ни в коем случае нельзя – эта война должна завершиться в Берлине. Вернее, на его дымящихся развалинах, над которыми непременно будет развеваться красный флаг. Но понимал он и другое – платой за Победу неминуемо станут еще сотни и сотни тысяч жизней наших солдат и офицеров, дальнейшее предельное напряжение сил трудящихся денно и нощно в тылу. Поэтому людям нужно было напомнить, как верхушка Третьего рейха хвастливо обещала устроить парад своих головорезов в Москве, и что в итоге вышло. И именно убогий, жалкий, но вполне реальный «призрак» пришедшей убивать нас в 1941 году орды в виде шагавших по улицам столицы нацистских генералов при всех наградах и регалиях и замыкавших шествие босых «сверхчеловеков» в замусоленных кальсонах годился для этого как нельзя лучше. Враг бит, унижен и несет справедливое возмездие! Но он еще не повержен окончательно, а значит каждый нацистский вояка должен оказаться либо в земле, либо вот в такой позорной колонне. И окажется!

Именно это, уверен, Сталин хотел сказать москвичам, всей исстрадавшейся стране, всему миру. Был и еще один подтекст. Нашим воинам предстояло наступать в Европе, в том числе и в Германии. От того, насколько ожесточенным будет сопротивление, которое они там встретят, зависело количество жертв, цена Победы. Будущие освободители показывали тем, в ком видели уже разбитого врага – мы будем милосердны настолько, насколько это вообще возможно после всех ваших злодеяний. Вас ждет искупление, но не тотальное уничтожение, которое вы готовили нам. Это было очень важное послание – с помощью него Сталин хотел сберечь как можно больше жизней, причем по обе стороны фронта.