Вокруг Петербурга. Заметки наблюдателя

Детям испанских республиканцев пришлось остаться в нашей стране. Они были окружены самой искренней теплотой, заботой и внимание, однако судьба их оказалась непростой: порой они становились заложниками большой политики. Любопытные сведения можно найти в книге исследовательницы Елены Висенс «Неизвестная правда об испанских детях в СССР», основанной на изучении документов в Российском центре хранения и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ). Среди прочих материалов здесь сосредоточены и архивы Коминтерна, в том числе и документы по «испанскому вопросу» под грифом «Совершенно секретно».

Когда началась Великая Отечественная война, все испанские детские дома из Ленинграда, Москвы и Украины осенью 1941 года были эвакуированы в Среднюю Азию, Поволжье, Башкирию и на Алтай. Впрочем, эвакуироваться удалось не всем: часть испанских детей оставалась и в блокадном Ленинграде. Об этом напоминает мемориальная доска на Тверской улице, 11, в Петербурге, посвященная размещавшемуся там в 1937–1942 годах интернату испанских детей: «Здесь многие из них пережили самый тяжелый период блокады. Отсюда испанские юноши уходили на фронт защищать город Ленина от фашистских захватчиков».

По данным Елены Висенс, за годы войны 440 испанских детей закончили школы и поступили в вузы или техникумы, еще 500 человек были устроены на работу на заводы и фабрики после обучения в ФЗО. Однако после того, как по возрасту ребята покидали детдома и попадали в ФЗО или на заводы, они оказывались совершенно не приспособленными к обычной жизни.

«Бытовавшее в первые месяцы пребывания испанских детей-политэмигрантов утверждение о том, что „скоро“ они смогут вернуться на родину (кстати, в документах, относящихся к периоду до 1941 года, нередко можно встретить ссылки на „возвращение на родину“ испанцев), вскоре было заменено идеологическим давлением – установкой в том духе, что лучше СССР страны в мире нет и поэтому нечего и желать его покинуть, – отмечает Елена Висенс. – На запросы родителей о возвращении их детей советское правительство отвечало отказом или молчанием…

После окончания Отечественной войны многие уже подросшие испанские ребята подавали прошение разрешить им вернуться в Испанию или поехать в Мексику к родным (многие семьи оказались разделенными тысячами километров, поскольку родители часто отправляли в Россию одного ребенка, а с другим уезжали в Мексику через Европу). Но советское руководство не вняло просьбам испанских иммигрантов, многие из которых даже оказались в лагерях за попытку нелегально пересечь границу».

Временное послабление произошло после окончания Второй мировой войны – до января 1947 года около 150 испанцев смогли выехать из Советского Союза, в основном в страны Латинской Америки. Однако затем двери вновь захлопнулись. Первая реэмиграция в Испанию «детей гражданской войны», как их здесь называли, была разрешена лишь после смерти Сталина, в 1956 году. Но тогда, во многом из-за того, что в Испании все еще властвовал диктатор Франко, вернулись на родину немногие. Вторая, довольно мощная, волна реэмиграции произошла уже после смерти Франко, начиная с 1976 года. И даже сейчас некоторые «советские испанцы» возвращаются на родину, в Испанию…

В гостях у Сперанских

…Эта старая фотография словно излучает добро и душевную теплоту. Когда смотришь на нее, кажется, что время как будто остановилось, и очень хочется прикоснуться к тому далекому миру. А сделан был снимок 30 июня 1929 года в поселке Кезево близ Сиверской.

Дети, запечатленные на фотоснимке, собрались на даче выдающегося ученого в области физиологии и патологии Алексея Дмитриевича Сперанского, будущего академика Академии наук и Академии медицинских наук, удостоенного многочисленных государственных наград и Сталинской премии. Как раз в те годы он работал в Институте экспериментальной медицины. Сотрудница его физиологического отдела, впоследствии известная писательница и великолепная переводчица Рита Райт-Ковалева вспоминала, что А.Д. Сперанский принадлежал к числу «особых любимцев» Ивана Петровича Павлова. «С виду незаметный и спокойный, он таил в себе огромное честолюбие, неистощимую энергию, уверенность и яркий исследовательский талант».

Несмотря на занятость столь серьезными делами, Сперанский был человеком, не лишенным чувства юмора. А вот он и сам, на заднем плане фотографии, ради смеха разыгрывает из себя пьяницу, не расстающегося с бутылкой…

Впрочем, для нас тут главные герои – два мальчика в самом центре фотографии, на ступеньках крыльца. Слева – Боря Стрельников, сын знаменитого ленинградского композитора, одного из основоположников советской оперетты и советского детского театра, многолетнего музыкального руководителя ленинградского ТЮЗа Николая Михайловича Стрельникова, создавшего немало музыкальных комедий для драматического театра, в том числе первую советскую комическую оперу «Холопка», много других произведений театрального и симфонического жанра.