Волосы. Иллюстрированная история

Для тех, кого причесывали слуги, было важно их умение обращаться с волосами, и в зависимости от уровня своего мастерства служанка могла сохранить или потерять рабочее место[125]. Репутация служанки могла распространяться за пределами дома, где она работала. Фанни Боскауэн (1719–1805) писала своей двоюродной сестре: «Я знаю, что горничная леди Фалмут убирает волосы в совершенстве»[126]. Ценилось мастерство не только горничных, но и слуг-мужчин. Согласно книге Изабеллы Битон о домоводстве (1861), парикмахерские услуги были самой важной частью обязанностей горничной, но камердинеру также следовало быть «хорошим парикмахером», способным красиво стричь и ухаживать за волосами как на голове, так и на лице[127]. Мемуары Джона Макдональда (р. 1741) наделяют эту нехитрую хозяйственную рекомендацию необыкновенными подробностями. Воспоминания Макдональда, слуги XVIII века, дают редкую возможность взглянуть на работу домашней прислуги с точки зрения подчиненного, а не господина. На протяжении тридцати трех лет Макдональд сменил двадцать семь хозяев, работая в разных качествах — от конюха до камердинера, а также в разных странах, от Шотландии до Индии. Его навыки в укладке волос приходились очень кстати при поиске работы и открывали возможности как финансового, так и сексуального характера. Умением Макдональда управляться с бритвой, пудрой, помадой для волос и шпильками пользовался не только его господин и иногда госпожа, но также и члены других семей, включая детей. Кроме того, он позаботился о том, чтобы отточить эти универсально востребованные навыки, однажды на несколько месяцев поселившись в доме у парикмахера, чтобы улучшить свое мастерство[128].

^{Ил. 2.1. Горничная причесывает даму}

Востребованность парикмахерского искусства в качестве навыка слуги можно также оценить по менее субъективным свидетельствам в виде объявлений из газет. В объявлениях о поиске работы и вакансиях умение управляться с волосами занимает видное место. Число таких объявлений резко возросло в последние десятилетия XVIII века, что может объясняться развитием газетного производства и возросшим уровнем грамотности, совпавшими с модой на более сложные фасоны причесок. Часто в них указывался навык укладывать волосы «в нынешнем вкусе», что свидетельствует о неравнодушии к моде и желании быть современным. Через объявления трудоустройства искали как мужчины, так и женщины, и работодатели адресовались к работникам обоих полов. Так, например, на страницах газеты Morning Herald от 4 января 1781 года женщина примерно тридцати лет пишет, что «умеет убирать волосы» и ищет работу в качестве горничной для дамы, а неженатый джентльмен желает нанять слугу, от которого «требуется умение причесывать волосы и чисто брить»[129]. В то время как горничные предлагали парикмахерские услуги исключительно для работодателей-женщин, мужчины-слуги, как, например, Джон Макдональд, нередко могли обслуживать как хозяина, так и хозяйку. Так и было в случае с благонадежным мужчиной около тридцати восьми лет от роду, искавшим работу, который мог «убирать волосы леди или джентльменам в нынешнем вкусе и чисто брить»[130]. Навыки парикмахерского мастерства повышали шансы на трудоустройство не только для горничных и камердинеров, но и для мужчин и женщин, искавших должность или требовавшихся на удивительное разнообразие позиций: один джентльмен желал нанять опытного конюха, который не только умел бы подковывать лошадей, но и «кое-что понимал бы в прическах»; а женщина, которая хотела получить место помощника учителя в пансионе, отмечала свои навыки владения французским языком, рукоделия и умения убирать волосы[131].

Для привлечения потенциальных работодателей некоторые предприимчивые люди, такие как Джон Макдональд, брали уроки у профессионалов, поскольку, хотя стрижка и уход за волосами в основном происходили на дому, существовали и независимые парикмахеры. Уже в XVI веке камеристки и горничные специализировались на стрижке, завивке, окрашивании и укладке женских волос. Например, Бланш Суонстед была камеристкой Анны Датской, жены короля Якова I. После смерти Анны в 1619 году Бланш обратилась к королю с просьбой о пенсии, заявив, что из‐за прислуживания покойной королеве она потеряла своих бывших клиенток и средства к существованию[132]. Сэмюэль Пипс сообщает нам в своих дневниках, что камеристка супруги Карла II, Екатерины Брагансской, была француженкой по имени г-жа Готье[133]. В 1747 году Р. Кэмпбелл в своем описании лондонских профессий охарактеризовал горничную как «премьер-министра» женской красоты — злободневный намек на относительно недавнее создание этой политической должности. Горничная «вооружает слабый пол этим опасным оружием, красивыми кудрями и очаровательными локонами: она подстригает их волосы по моде, придавая им всевозможные формы». По словам Кэмпбелла, это ремесло было «чрезвычайно прибыльным»[134].