Волосы. Иллюстрированная история

По словам миссис Пейпендик (1765–1840), одной из фрейлин королевы Шарлотты, в то время услуги парикмахера можно было получать двумя способами. Большинство дам из высшего общества, как поясняет Пейпендик, нанимали парикмахера либо на основе ежеквартального контракта на ежедневное создание причесок — на таких условиях предлагал свои услуги королеве Суарди, либо по особым разовым случаям — как предложила ему в ответ королева[138]. По особым случаям сама миссис Пейпендик пользовалась услугами некоего мистера Кида. Между строк ее мемуаров мы можем видеть, что, должно быть, между ними существовали близкие профессиональные отношения. Она полностью доверяет ему, называя его «кавалером дня» и полагаясь на его «неподражаемый вкус», в стремлении выглядеть наилучшим образом на концертах, на крестинах своего старшего сына и при позировании известному портретисту Иоганну Цоффани. И, как и в случае с любым проверенным временем парикмахером, миссис Пейпендик раздражало не столь искусное исполнение другого мастера, так что, когда порой ей приходилось довольствоваться услугами некоего мистера Тейлке, она считала, что «прическа была ей не к лицу», и даже жаловалась, что «дурные черты лишь усугубились»[139]. Королева Шарлотта так же прогадала, сменив вымогателя Суарди на другого парикмахера, мистера Дункана. Несмотря на личные рекомендации некоторых из ее фрейлин, Дункан, по ее словам, «не имел вкуса», и ему недоставало изобретательности Суарди: «он был не способен исполнить ничего кроме обычных примеров парикмахерского искусства»[140].

Несмотря на то что парикмахеры имели собственные заведения или помещения для работы, они также посещали своих клиентов на дому. Для женщин благородного сословия это был наиболее привычный способ прибегнуть к услугам профессионального парикмахера. В городах такие визиты не представляли никакой сложности. Клиентов в загородных поместьях также посещали на дому, однако парикмахер мог воспользоваться случаем и обслужить сразу несколько человек за один раз. Именно так Нэнси, племянница норфолкского пастора Джеймса Вудфорда (1740–1803), проживавшая в восьми милях от города, получила приглашение в дом местного сквайра, чтобы провести там день и воспользоваться услугами «некоего Брауна, лучшего дамского парикмахера в Норидже»[141]. Писательница Фанни Берни (1752–1840) однажды отметила, что, не имея собственной горничной, выписала парикмахера из Оксфорда, города в пяти милях, на шесть часов утра следующего дня. К ее радости, парикмахер прибыл вовремя и затем в течение двух часов работал над созданием ее прически[142]. Некоторым парикмахерам приходилось путешествовать еще дальше. В 1780 году, когда Ричард Камберленд (1732–1811) отправился в Испанию на переговоры о торговом партнерстве с Великобританией, он взял с собой ради удобства своей жены и дочерей «лондонского парикмахера по фамилии Легг»[143].

Парикмахеры обслуживали женщин в частном домашнем пространстве вплоть до эдвардианского периода. Фотограф и дизайнер Сесил Битон (1904–1980) вспоминал, что, когда он был совсем маленьким ребенком, по особым случаям к его матери приходил человек с коричневой кожаной сумкой, и его горячие щипцы для завивки помогали создавать ее сложные прически[144]. Однако то был последний вздох этой долгой традиции, ведь уже в первые десятилетия XX века в парикмахерском деле произошла новая революция. Все более публичная жизнь женщин, их новые короткие стрижки, а также развитие новых технологий, таких как устройства для перманентной завивки, означали, что очень быстро основным способом воспользоваться услугами профессионального парикмахера для женщин стало посещение салона. В ответ на потребительский спрос количество парикмахеров многократно увеличилось. В отличие от более ранних этапов истории профессии, на этот раз рабочая сила была почти исключительно женского пола, какой и остается на сегодняшний день. В Великобритании XXI века 88 % людей, работающих в женских и мужских парикмахерских, составляют женщины, также женщинами являются 79 % владельцев салонов[145]. Однако преимущественно женский состав отрасли скрывает за собой глубокое неравенство: почти каждый из известных стилистов, под чьим именем продаются линии продукции для волос и чье влияние формирует эстетику, — мужчина[146].

Цирюльники