Воспоминания фронтового радиста (от Риги до Альп)

В результате будапештская группировка противника лишилась путей переброски подкреплений с севера, и замыкалось кольцо окружения города Будапешта.

Наш полк участвовал в этой операции.

* * *

Начался новый поход. Теперь по равнине.

Противнику помогали в Румынии горы, теперь помогает погода. Неожиданностью для нас был осенний паводок, вызванный обильными дождями.

Паводки в этих краях проходят дважды, весной и осенью. Осенние даже сильнее, по-моему, похожи на наводнение.

Население к этому привыкло и приспособилось. Вся Придунайская низменность, а это почти ¾ территории Венгрии, изрезана массой ирригационных каналов. Берега рек и каналов обвалованы. Фермерские участки окружены канавами тоже с валиками по краям.

Обваловка каналов где-то нарушилась, и поля залило водой.

К следующему населенному пункту пробираемся по валику у канавы. Ноги в воде сантиметров на 15–20.

Куда ни глянем — кругом вода на сотни метров, а то и километры, как настоящее море. Кое-где из воды выглядывают верхушки затопленных кустарников.

Впечатление потрясающее. Если оступишься или за что-нибудь ногой зацепишься, можно нырнуть по пояс, а то и с головкой будет.

Идем по воде, как Иисус Христос в известном фильме «Праздник Святого Иоргена».

Осенью, в октябре–ноябре, в Венгрии еще тепло. Днем даже жарко бывает, а ночью основательно холодает, да еще часто идут холодные дожди.

Иногда перемещаемся с места на место ночью. Еду на повозке, сижу на брезенте, прикрывающем поклажу. Брезент подо мной немного проминается, получается своеобразное гнездышко. Через некоторое время гнездышко нагревается. Сидишь и чувствуешь себя достаточно комфортно. Все портит начавшийся холодный дождь. В мое гнездышко попадает вода, стараешься не вставать и даже не шевелиться, а иначе окажешься в холодной луже.

Зачастую мы находимся на одном берегу канала, а противник — на противоположном. Нас разделяют всего десятки метров. Правда, расстояние это было больше… броска гранаты.

На берегах каналов у некоторых фермеров были огромнейшие стога соломы, высотой метра четыре, длиной метров до 40, а может и больше, а такие мощные, что их не пробивали пули и снаряды. Сегодня размещаемся у основания такого стога. Зарываемся в него. Получаются своеобразные норы. В такой норе сухо, тепло, в общем, уютно.

Противник близко, на том берегу канала, до него всего метров 50–60.

Какого-либо страха, опасения у меня это не вызывает. По-моему, это обычная фронтовая обстановка, я к ней привык.

Связь осуществляется только по радио. Поэтому моя нора рядом с норой полковника. Если потребуется, могу передать трубку для переговоров.

К нам пришел майор, командир приданной нам артиллерийской части. Посидел с командиром полка, переговорил, что его интересовало и упрекнул нас в трусости.

По его мнению, нужно не в норе сидеть, а наблюдать за обстановкой сверху стога.

У нас за обстановкой непрерывное наблюдение вели наблюдатели-разведчики. Местечко себе они выбрали наверху стога. Они там со своей стереотрубой хорошо замаскировались. Если потребуется, к ним мог присоединиться полковник.

Раскритиковав нас, майор полез наверх стога, встал там во весь рост и стал комментировать наблюдаемую панораму. С замиранием сердца слежу за ним: что он делает? На передовой так себя вести нельзя, добром не кончится.

Прошло несколько минут. У противника выстрелила пушка, стоящая на прямой наводке по нашему стогу.

Как и ожидал, все кончилось плохо. На моих глазах у нашего «героя» голова и туловище стали существовать раздельно.

Наблюдать смерть всегда тяжело, а такую — результат показного геройства, — особенно.

Все бои и бои. Противник отчаянно сопротивляется, но полк упорно продвигается вперед.

Сегодня, 4 ноября, день был ясный, теплый, солнечный. Противник активности не проявлял. Через некоторое время выходим на левый берег реки Тиса, начинающейся где-то в горах, то ли Западной Украины, то ли Польши.

Горные реки с норовом. В сухую погоду это ручеек, а пройдет в горах дождь — и уже могучий бурный поток, сметающий все на пути. Вспомнил Жижицу. Летом был так, ручеек, а мост на шоссе рассчитан на паводок, когда этот ручеек, вероятно, достигает ширины чуть ли не 200 метров.

Вышли на берег реки. То, что увидел, ошеломило. Поток метров 350–400 ширины. В обычных условиях ширина реки здесь не более 100 метров. Форсировать водную преграду предстоит 7 ноября. На подготовку дано 2 дня.

Переправляться будут только пехота и полковая артиллерия. Обоз и все остальное пойдет через паромную переправу где-то в нескольких километрах отсюда и к нам присоединится на том берегу.

Действует переправа или она пока только в планах командования — мы не знаем, не знаем, когда встретимся с обозом. Переправляться будем, как официально говорится в армии, с использованием подручных средств. Проще говоря, кто как сумеет.

Вечером опустился туман такой плотный, что на вытянутой руке трудно различить пальцы.

Туман рассеялся утром часов в 8–9. Видимость стала хорошая.