Воспоминания. От службы России к беспощадной войне с бывшим отечеством – две стороны судьбы генерала императорской армии, ставшего фельдмаршалом и президентом Финляндии

После долгих и основательных обсуждений правительство отправило министра Паасикиви в Стокгольм для выяснения у госпожи Коллонтай намерений советского правительства. 23 февраля он вернулся, а через три дня я явился на совет с президентом, где обсуждались выдвинутые советским послом предварительные условия. Нелегко было принять требование о границе Московского мирного договора как отправной точке для переговоров, но на этот раз самым серьезным препятствием на пути к взаимопониманию были отнюдь не территориальные требования. Самым трудным и даже невозможным считалось требование интернировать немецкие войска на севере. Задача казалась невыполнимой, учитывая, какими ресурсами до сих пор располагали немцы в Северной Финляндии и в бывших странах Прибалтики.

В тот же вечер министр Паасикиви и министр Рамзай были приглашены в штабной поезд, но еще до конца дня столица подверглась воздушному налету, не позволившему моим гостям приехать. Налет на Хельсинки, самый тяжелый на тот момент, был третьим крупномасштабным в феврале. Судя по всему, русская авиация явно стремилась сломить нашу волю к сопротивлению и склонить к принятию требований советского правительства.

После обсуждения условий мирного договора в парламенте, единогласно поддержавшем правительство, через Стокгольм был направлен отрицательный ответ. Тем не менее министр иностранных дел Швеции Гюнтер предложил формулировку ответа изменить, а премьер-министр Линкомиес одновременно сообщил мне, что король Швеции обратился с посланием к правительству, а через него и ко мне, с выражением надежды на начало переговоров с советским правительством.

Прежде чем мы успели занять определенную позицию в отношении требований России, из Стокгольма нам сообщили, что их следует рассматривать как минимальные условия, которые финское правительство должно принять до 18 марта. Ссылаясь на американскую ноту от 30 января, американский поверенный в делах Макклинток 13 марта повторил просьбу своего правительства. В тот же день государственный секретарь США Корделл Халл на пресс-конференции выразил желание, чтобы Финляндия вышла из войны, а президент Рузвельт 16 марта выступил с тем же самым призывом. Правительство через Стокгольм обратилось к советскому правительству с просьбой предоставить дополнительную информацию о минимальных условиях. 20 марта нас попросили для получения нужной информации направить представителей в Москву. Эмиссарами правительства выбрали министра Паасикиви и бывшего министра иностранных дел Энкеля, и 25 марта они отбыли в Москву.

Решение о войне или мире, стоявшее перед президентом республики и правительством, было тяжелым и ответственным. 20 марта Венгрия после предложения союзниками мира была оккупирована немецкими войсками, а днем позже та же участь постигла Румынию. Ждать ли Финляндии аналогичных немецких контрмер? Столица и Южная Финляндия подвергнутся налетам с немецких авиабаз в Эстонии, а немецкий Балтийский флот атакует наши побережья и парализует наше судоходство?

21 марта я приказал подготовить план эвакуации гражданского населения Карельского перешейка. Эвакуация наиболее уязвимых городов была подготовлена в феврале, при этом был издан приказ о вывозе из Восточной Карелии всей военной техники и имущества, которые можно сохранить.

1 апреля вернувшиеся из Москвы делегаты подтвердили, что условием мирного урегулирования является признание границ Московского мирного договора в качестве отправной точки для переговоров. Немецкие войска в Финляндии должны быть интернированы или изгнаны в текущем апреле – требование, абсурдное чисто технически. Однако на этот раз самым сокрушительным было то, что русские потребовали военную контрибуцию в размере 600 миллионов американских долларов, подлежащую выплате товарами в пятилетний срок.

Правительство поспешило получить экспертизу финансистов и экономистов, в том числе шведских, пришедших к единодушному заключению, что требование намного превышает возможности Финляндии. Через несколько дней тревог и колебаний правительство было вынуждено прийти к выводу, что условия невыполнимы. Парламент это заключение единогласно принял, и 18 апреля требования России были отклонены. Вскоре после этого заместитель министра иностранных дел Вышинский заявил по радио, что Финляндия отвергла мирное предложение советского правительства и что финское правительство ответит за последствия.

В апреле генерал Эрфурт вручил начальнику Генерального штаба приглашение от фельдмаршала Кейтеля посетить его в немецкой Ставке, находившейся в Берхтесгадене, для обмена мнениями и информацией. Поскольку было очень важно получить представление о намерениях немецкого Верховного командования, я дал свое согласие.