Воспоминания. От службы России к беспощадной войне с бывшим отечеством – две стороны судьбы генерала императорской армии, ставшего фельдмаршалом и президентом Финляндии

Одним из важнейших вопросов, требовавших скорейшего решения, было проведение парламентских выборов. Выборы состоялись 17—18 марта без какого-либо вмешательства. Поскольку по Соглашению о перемирии коммунисты получили право на создание политической партии, они объединили силы с левыми социалистами и сформировали группу «Народная демократия», получившую в парламенте 49 мест. Социал-демократы получили 50 мест, аграрии – 49, Объединенная (консервативная) партия – 28, Шведская народная партия вместе со шведскими левыми – 15, а Прогрессивная партия – 9 мест.

После оглашения результатов выборов правительство ушло в отставку. Министр Паасикиви остался премьер-министром и сформировал новое правительство на блоке «красно-зеленых», то есть социал-демократов, народных демократов и аграриев. Из предыдущего в новом правительстве остались представители Шведской народной партии и Прогрессивной партии. Программа правительственного блока включала в себя тщательно продуманные планы радикальных преобразований в направлениях как национализации, так и поощрения мелких землевладельцев, сокращения числа государственных служащих и их общественного влияния и т. д., но под умелым руководством премьер-министра эти революционные меры подлежали реализации в будущем. Главной задачей в период моего президентства оставалось выполнение условий Соглашения о перемирии.

Одной из самых деликатных из них была статья 13, касающаяся требования наказания виновных в войне.

4 февраля 1945 года была создана комиссия под председательством доктора Эрика Хорнборга для прояснения вопроса политической ответственности. Отчет комиссии был замечательным с историко-политической точки зрения, но он не касался юридической стороны рассматриваемого вопроса, поэтому свое мнение предложили высказать ведущему финскому юристу, бывшему президенту К.Ю. Стольбергу. В его заключении говорилось, что лица, принимавшие законные решения о войне и мире, не могут, согласно финской конституции, быть обвинены в этом. Это означало, что они не могут быть привлечены к ответственности без принятия закона, имеющего обратную силу, что противоречит основным принципам западной юриспруденции. Единственным судом, способным рассматривать вопросы такого рода, был Суд импичмента, решение которого по упомянутой причине должно быть отрицательным. Законы Финляндии также не предусматривают специального суда, наделенного полномочиями рассматривать и выносить решения по вопросам, касающимся политической ответственности.

Тот факт, что мы приняли Соглашение о перемирии, включая статью 13, сделал снятие этого вопроса с повестки дня политической необходимостью. В качестве единственного решения генеральный прокурор предложил принятие закона о создании особого суда. Соответственно правительство представило парламенту предложение о законе, касающемся наказания виновных в войне.

Когда проект закона представили мне на подпись, то первой моей мыслью было отказаться от внесения его в парламент, сославшись на заключение Стольберга. Однако этот отказ вызвал бы осложнения и усиление давления со стороны России. После внимательного размышления я решил, что все, что в моей власти, – это внести несколько изменений, которые сделали бы предлагаемые положения немного менее отвратительными.

Пункт 1 предлагаемого закона предусматривал тюремное заключение с каторжными работами для «лиц, которые внесли решающий вклад в присоединение Финляндии к Германии в войне 1941 года против Советской Социалистической Республики и Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии и которые в ходе войны препятствовали заключению мира». Согласно моей поправке, действие закона распространялось лишь на тех, кто содействовал вышеупомянутой деятельности в правительстве, а наказанием должно было быть тюремное заключение с каторжными работами или без них. В пункте 4 я предложил, чтобы судебное преследование могло быть предписано только Генеральным прокурором лично, никому этого не перепоручая. Наконец, я предложил, что право президента республики на помилование должно распространяться и на тех, кто был осужден судом над военными преступниками.

В этой переработанной форме предложение было представлено в парламент, который принял его с некоторыми изменениями. Однако эти изменения оставили решения относительно характера наказания и прерогативы президента по помилованию нетронутыми, как я их и предлагал.

Одной из причин, по которой правительство и парламент отвергли мирные условия советского правительства весной 1944 года, было то, что военная контрибуция в размере 600 миллионов американских долларов, подлежавшая выплате товарами в течение пяти лет, по мнению экспертов, была за пределами возможностей страны. Поэтому мы с удовлетворением обнаружили в ходе осенних переговоров, что сумма была сокращена до 300 миллионов долларов, а благодаря помощи британского посла в Москве сэра Арчибальда Кларка Керра период выплаты был продлен с пяти до шести лет.