Восприятие мира у детей

Интересно отметить, что Фальк и Гранд входят в число детей, которые думают, что мысль – это «голос в голове». Мы помним, что вначале дети считают, что думают ртом, и отождествляют мысль со словами и названиями, привязанными к самим вещам. Сделав открытие, что мысль находится внутри, они сперва понимают ее как «голос» глубоко во рту, в голове. Точно так же происходит и с представлениями о снах. Вначале сон – это внешняя картина, которую порождают вещи и позже – голова. Дальше, когда детям начинает открываться внутренний характер сновидения, они представляют его себе как образ, «историю», говорит нам Фальк. Отпечаток в глазу или за глазом – короче говоря, то, на что глаз «смотрит» внутри подобно тому, как ухо «слушает» внутренний голос мысли.

Таким образом, в случае со снами, как и с речью, мысль все еще путают с физической материей. Даже в признаниях более продвинутых детей, явно находящихся на третьей стадии и считающих, что сон – это просто мысль, причем мысль внутренняя, – даже в их признаниях по-прежнему то и дело проскальзывает убеждение, что эта мысль материальна.

Танн (8 лет): «Откуда берутся сны? – Когда закрываешь глаза, там, где становится темно, видишь разное. – А где оно? – Нигде. Оно не существует. Это просто в глазах. – Сны приходят изнутри или снаружи? – Снаружи. Когда идешь за покупками и видишь что-то, оно отпечатывается на лбу на маленьких кровяных тельцах. – Что происходит, когда мы спим? – Мы это видим. – Этот сон в голове или снаружи? – Он приходит снаружи, а когда нам снится, то из головы». «А где картинки, когда мы видим сон? – Из мозга, изнутри, переходят в глаза. – А перед глазами что-то есть? – Нет».

Степ (7 ½): Сон «у меня в голове. – В голове или перед глазами? – Перед глазами. Нет, в голове». Но сон – это «когда сам с собой болтаешь, а потом засыпаешь. – Откуда берется сон? – Когда говоришь сам с собой».

Танн, конечно, много чему научился от взрослых, но то, как он это усвоил, весьма любопытно.

А вот более продвинутые испытуемые – они больше не стремятся в той же степени материализовать мысль или внутренние образы. Этих детей следует поместить на последнюю из тех трех стадий, которые мы выделили в нашем исследовании понятия мысли. Заметим, что этим детям в среднем как раз 10–11 лет, что подтверждает возраст, который мы определили для этой стадии:

Росс (9;9): сон – это «когда о чем-нибудь думаешь. – Где сон? Он перед тобой? – У меня в голове. – Это как будто картинки в голове? Как это получается? – Нет, ты представляешь себе то, что делал до этого».

Виск (11;1): мы видим сны «головой», и сон – «у нас в голове. – Он не перед нами? – Это как будто [!] видишь. – Перед тобой что-то есть? – Ничего. – А что у тебя в голове? – Мысли. – В голове ты это видишь глазами? – Нет».

Буш (11;10): «Если тебе снится, что ты одет, ты видишь изображение. Где оно? – Я одет как другие, потом оно [изображение] в голове, но кажется [!], что оно перед нами».

Сел (10;7) тоже говорит: «Мне кажется, что я вижу его [дом] передо мной», но он в голове.

Хорошо видно, насколько отличается реакция этих детей на те же вопросы – и даже на более наводящие вопросы – от реакции детей на предшествующих стадиях. Выражения «думаешь, что», «кажется», «как будто» в отношении внешнего положения сновидения – новшество, очень характерное для этой стадии.

§ 4. Выводы