Восстановление Римской империи. Реформаторы Церкви и претенденты на власть

Надеюсь, ясно, что я не сомневаюсь в том, что войны Юстиниана представляли собой цепочку ужасных событий для очень большой части населения Средиземноморья. Они, безусловно, породили более высокий налоговый спрос с византийского населения – с землевладельцев (к которым я, в общем, испытываю гораздо меньше сочувствия) и в равной степени крестьян. Многие солдаты армий Восточной Римской империи, вандалов – аланов и готов погибали мучительной, жестокой смертью. И благодаря сопутствующему ущербу и последующей нестабильности простые люди из числа провинциального населения Северной Африки и Италии – их было десятки тысяч, а быть может, и больше – потеряли свое имущество, средства к существованию на будущее и просто жизнь. И все для того, чтобы удовлетворить требования тирана-самодержца, который начал эту политику, отчаянно пытаясь вернуть себе утраченный политический капитал, а затем опьянился вкусом, очевидно, легкой победы. Для большого числа территорий войны Юстиниана стали абсолютной катастрофой, и это, наверное, вывод, который нуждается в акценте больше, чем любой другой. История слишком часто была виновной в том, что поддерживала точку зрения правителей-деспотов при описании их славных побед, тогда как нужно еще так много сказать.

Так что там, в конце концов, с войнами Юстиниана, если смотреть на них с той последней, более традиционной точки зрения – центра империи? Именно с этого ракурса, несмотря на все потери, стоили ли войны всех затрат? Для самого императора – самопровозглашенного завоевателя многих народов – нет ни малейшего сомнения, что стоили. Победа в Северной Африке дала ему все козыри и политический капитал и для восстановления репутации своей власти, и для реконструкции церемониального центра Константинополя в конце 530-х гг., и позже. Он пережил все это и умер в собственной постели в преклонном возрасте 83 лет (или около того), оставив после себя ряд памятников, которые нас все еще удивляют (храм Святой Софии поистине поразительный), а каждая его война приводила – с его точки зрения – к успешному исходу. К 565 г. в Африке сохранялся мир в течение почти двух десятков лет, на большей территории Италии – более десяти, а на Сицилии – почти тридцать. Для иллирийского авантюриста, готового сесть на корабль и бежать в тот ужасный конец недели в январе 532 г., завоевательная политика была в высшей степени успешной. Но это лишь собственная точка зрения тирана. Как насчет государства, которым он правил, Восточной Римской империи в целом?

Я думаю, есть два пути думать об этом, один из них – взглянуть на завоеванные провинции. Под углом зрения Константинополя, ключевой вопрос – принесли ли эти войны достаточный доход, чтобы довольно долго покрывать расходы их на изначальное завоевание и последующую оборону. Быстро обежав их – и опять-таки, разумеется, мы должны придерживаться качественного, а не количественного подхода, – ответ окажется неоднозначным. Сицилия, без сомнения, стоила того, чтобы за нее воевать. В противовес своей роли в современном Итальянском государстве в древнем и средневековом мире Сицилия была большим выигрышем: король Англии Генрих III в XIII в. практически довел себя до банкротства, пытаясь наложить на нее свои цепкие лапки. Юстиниан, напротив, получил Сицилию практически даром, и Восточная Римская империя удерживала ее без проблем до 650-х гг., когда начались первые набеги арабов, а затем с гораздо большими затратами – до IX в. К этому времени остров, вероятно, более чем окупился. Полагаю, что то же самое справедливо и в отношении Северной Африки. Там затраты были выше, и могло показаться, что в конечном счете византийским сборщикам налогов предоставили несколько меньшую территорию, чем имели их предшественники из Западной Римской империи. Она также гораздо раньше попала в руки арабов. Потеря Карфагена в 690-х гг. ознаменовала фактический конец византийского владычества. Тем не менее основная часть завоеванной североафриканской территории находилась в руках Византии к этому времени уже 150 лет, что являлось более чем достаточным для того, чтобы окупились все затраты на ее завоевание. Действительно, в конце VI и начале VII в. ось Сицилия – Северная Африка была достаточно богата, чтобы обеспечить политическую базу, с которой команда отца и сына Гераклиев (подробнее о них чуть позже) захватит всю империю.