Восточнославянская этнография

Своеобразный крик вороны привлек издавна к себе внимание народа. В музыке африканских негров обнаруживаются мотивы, заимствованные от вороньего крика. Римлянам крик ворон напоминал слово «eras» («завтра»), и потому возникло у них народно-этимологическое сказание о вороне как медлителе, проникшее впоследствии и в легенду о святом Афанасии[49]. Иногда к крику ворόн прилагается отдаленное в звуковом отношении толкование. Так, поляки говорят, что когда ворона садится летом в поле под полукопной, то говорит: «Пани, пани» <…>. В Малороссии записано другое любопытное толкование вороньего крика: «Ворона у литку, хоч и що добре запопаде на спожиток, то все кричит: „гайно, гайно!“, а у зимку, як живытьця уже ничим, то вже хоч и никчемне попаде, хоч кизяк мерзлый, усе кричить: „Ха-арч, ха-арч!“, або „калач, калач!“» <…> Крик ворона производит неприятное впечатление по сочетанию острых режущих звуков кр, что видно из пословиц, например: «Убрався мижь вороны, и крякай, як воны»[50], из детских игр в ворона, о которых далее, в конце статьи. Глава XXV «Энхиридиона» Эпиктета трактует уже о гадании по крику ворона. В славянском переводе эта глава называется «О смущении в сновидении»[51]. Пиндар приписывает ворону 64 различных крика. Истолкование крика у греков и римлян зависело от того места, которое занимала птица по отношению к наблюдателю, а также от силы и повторения крика[52]. Крик вороны считался благоприятным, если он раздавался слева, сзади, сверху, если криков парное число, и зловещим, если раздавался справа, спереди, снизу, один раз, три раза или пять раз. Ворона у древних противополагалась другим птицам, в применении к ним правила эти применялись обратно[53].

Воронье граянье (полет с криком) с древнейших времен в России считается недобрым знаком. Уже в «Слове о полку Игореве» недоброе значение имеет сон великого князя Святослава, что «на болони у Пленска бусови врани возграяху». В Малороссии существует такое проклятие: «Щоб на тебе вороны крякали»[54]. Народное верование в зловещее граяние ворона так велико, что есть даже заговор от вороньего граянья[55].

Любопытно, что у галицких русских обнаруживается, между прочим, классическая подробность определения значения крика ворона по месту нахождения птицы: несчастие ждет того, кто заметит, отправляясь в дорогу, что ворон кричит, обернувшись к нему клювом. Чтобы отстранить несчастие, говорят, обращаясь к ворону: «Тьфу! Пек тоби, та осина! На голов, на зуб та на короткий век закрач собе!»[56]

Иногда в Малороссии сплевывают при крике ворона, равно как и в других случаях, когда боятся изуроченья или сглазу, например при проклятиях. Подобное обыкновение встречается также в других странах. В Сицилии, услышав проклятие, также плюют[57]. Основной смысл обычая, вероятно, сказывается в желании выплюнуть демона.

Цвет воронов и ворон так же своеобразен, как их крик. Вороны отличаются черным оперением со стальным отливом. У Corvus cornix только часть тела пепельно-серого цвета; голова, глотка, крылья и хвост черные. Оперение грача однообразно черное с синим и фиолетовым отливами. У галки спина, темя, крылья и хвост вполне черные; брюхо черновато-серое и только затылок и шея светло-серого цвета. Вообще весь вороний род отличается чернотой. Эта характерная особенность его отразилась в поэзии и письменности народов. Уже в «Песне песней» (V, 11) подчеркнута чернота ворона: «волосы… черны, яко вран»; в Лаврентьевской летописи «вран черный»; в «Слове о полку Игореве»: «черный ворон — поганый половчине»; в малорусском заговоре «вид (от) крови» — «летив черный ворон из-за крутой горы»[58]; в народных песнях, великорусских и малорусских, обычный эпитет ворона — черный, например: «Налетала птица черный вран»[59].

Народная любознательность останавливалась на вопросе, почему ворон так черен, и большею частию объясняла его черноту гневом на него Бога. По древнему греческому сказанию, вороны некогда были белы, черными сделал их Аполлон в минуту гнева за то, что ворон принес ему неприятную весть о неверности возлюбленной его — царевны Коронис[60]. Малороссы и поляки черный цвет ворона объясняют тем, что Бог таким цветом наказал ворона за то, что он не воротился в ковчег Ноя <…>.

Вороны. Художник Н.К. Рерих

В Великороссии сохранилось предание, что ворон создан был белым как снег и кротким как голубь; выпущенный из ковчега, он накинулся на падаль и не воротился к Ною с вестью об окончании потопа: с той поры он сделался черным и кровожадным. Хорутанская сказка сообщает это предание в таком виде: богатырь убил нечистого духа вместе с его любовницею и рассеченные на мелкие части тела их разметал по широкому полю. Прилетели ворон и ворона и стали пожирать трупы; ворон клевал одного нечистого, и за то он весь черный, а ворона и бела, и черна, т. к. она клевала и нечистого, и его любовницу. Сербы, рассказывая о каком-нибудь чрезвычайном или сомнительном событии, говорят: «Не случалось это с тех пор, как почернел ворон»[61].