Восточнославянская этнография

Этнография — область широкая. Все формы народной и общественной жизни заслуживают внимания и изучения; но т. к. для всеобщего широкого обхвата нужны большое время и большие средства, то волей-неволей приходится делать выбор. Принимая во внимание господствующий археологический интерес, я выискивал преимущественно такие местности, где рассчитывал найти наиболее остатков бытовой старины и такие предметы, которые вышли или выходят из народного употребления. Одновременно я стремился представить данные современного народного быта, чтобы старое и новое шли рядом и одно другое взаимно поясняло. В таком направлении составлено несколько сравнительных параллельных коллекций.

Мои материалы <в этой части очерков народного быта. — Ред.> распадаются на предметы и наблюдения. Первые, собранные для этнографической выставки, будут представлены с объяснениями в предварительный комитет. Вторые относятся к социально-экономическим явлениям народного быта и не могут быть экспонированы, т. к. в большинстве представляют путевые заметки по личным наблюдениям без претензий на полноту содержания или непогрешимость в истолковании явлений народной жизни. Предварительно я должен выразить чувство искренней благодарности лицам, которые помогали мне в собрании этнографических материалов. Таких лиц было много: земские врачи, священники, учительницы. Везде я находил милых, ласковых и отзывчивых людей, которые оказывали мне гостеприимство, брали на себя поручения и заказы. Без их просвещенного содействия я во многих случаях оказался бы в беспомощном положении. Народу нет ни малейшего дела ни до археологии, ни до этнографии. Все идет у него своим чередом; все течет в свое время, своей обычной колеей. Заберется, положим, заезжий этнограф в село: никого он не знает, и его никто не знает. В таких случаях личное участие и посредничество отдельных лиц из местных жителей получают большое значение и большую цену. С их помощью, при их содействии можно проникнуть в глубь народной жизни, разыскать сведущих людей из крестьян, опросить, сделать заказы. Как ни бедны наши провинциальные захолустья интеллигентными людьми, но, к счастью, такие есть; встречаются они во всех сословиях, в разных служебных и общественных положениях, и личное знакомство с ними часто бывает весьма поучительным в смысле ознакомления с людьми и краем.

Отношение крестьян к этнографическим разысканиям исполнено подозрений и недоразумений. В интересах дела необходимо соблюдать с ними большую осторожность и осмотрительность. В сущности, крестьяне правы в тех случаях, когда высказывают нерасположение к вторжению посторонних лиц в их бытовую обстановку. При некоторых условиях изучения, например при фотографировании двора, жилища, со стороны интеллигентов, вероятно, было бы более противодействия, чем со стороны крестьян. Но крестьяне в своей подозрительности заходят иногда слишком далеко, и некоторые их опасения и подозрения трудно заранее предусмотреть. Так, в одном великорусском селе крестьяне очень враждебно отнеслись к женщине, которая по нашему заказу приготовила нам местные женские костюмы, оригинальные по форме и богатые по украшениям. Любопытно, что мотивом тут было опасение нового обложения: узнают там, в городе, что наши бабы так щеголяют — и прибавят податей. В другом малорусском селе при фотографировании на ярмарке группы одна пожилая женщина закрыла лицо платком из опасения сглаза. При опросах относительно курганов и городищ у крестьян, очевидно, пробивается подозрение в желании раздобыть клады, которые рисуются в народном воображении в самых фантастических формах.

Нужно, впрочем, оговорить, что и среди крестьян можно найти весьма полезных помощников и сотрудников на почве личного доверия и расположения. Не углубляясь в значение и цели исследования, такие люди легко идут по проторенной для них дорожке за личностью исследователя.

Предлагаемые вниманию читателя путевые заметки и этнографические очерки первоначально печатались, по мере накопления, в «Южном крае» 1901 и 1902 гг. В настоящем отдельном издании они дополнены и распределены в другом — более систематическом — порядке.

У великороссов в селе Люджа