Возрождение Великой заклинательницы демонов

Шу Шуцинь осмотрела лисёнка, прощупав его пульс и применив энергию ци для поиска травм, но ничего не обнаружила. Только, вроде бы, появились какие-то странные изменения в жизненных меридианах, к тому же ещё, как ей показалось, она стал немного крупнее. Да нет… не показалось.

— Банцао, ты хорошо себя чувствуешь? Я точно видела, как ты ела гриб.

Питомец звонко тявкнул в ответ.

— Ну тогда хорошо, что всё обошлось, — травница, улыбаясь, ласково потрепала её по голове и спине, нежно почесала за ушками.

Лисёнок довольно зажмурился. Шу Цинь вспомнила, как нашла её больной и истощенной в какой-то яме в лесу в окрестных горах. Она спустилась вниз с риском для жизни, хоть сама была ещё мала. Тогда Шуцинь немного расцарапала кожу, разбила колено и потянула связки на лодыжке. Лисёнок оказался женского пола и ещё живым, лишь повредил две лапки, наверное, когда упал сюда, и был истощён от жажды и голода. Девочка положила его к себе в заплечный короб и вылезла наружу по почти отвесной стенке, цепляясь за скалистые края ямы и превозмогая сильную боль ноге. Иногда её стон от боли переходил в крик, но она не сдавалась.

Травница с младенченства была решительной, стойкой и сильной. Пока Шуцинь добиралась до деревни травников-алхимиков, её лодыжка совсем распухла, но она продолжала путь с грузом за плечами, лишь хныкала, стонала и ныла. Тогда отец вылечил её и помог лисёнку, после она сама долечила питомца и дала ей имя Банцао, что означало, друг и соратник травника. После, лисёнок спасла ей жизнь, и Шу Шуцинь заявила, что они с ней теперь станут названными сёстрами. Банцао, радостно тявкнув, согласилась, будто поняв, о чем говорит девочка.

* * *

Наскоро помывшись, переодевшись и причесавшись, Шуцинь подумала, что появление демонических сущностей вроде бы плохо, но вроде и хорошо. Ведь её в этой кутерьме забыли привычно наказать розгой по икрам ног или ладоням. Девушка посмотрела на жестяные шкатулки, всё ещё лежавшие, в коробе:

— Надо будет всё отдать отцу и дяде. Тогда они и вовсе смягчат наказание.

По окрестностям раздался звон защитного массива, оберегающего от вторжения демонов. Шуцинь, обеспокоенно перекинув свою тканевую сумку через плечо, открыла резные двери, оклеенные бумагой, и выскочила из комнаты на улицу.

— Цинь-эр, ты куда это собралась? — спросила её мать, находящаяся на улице. — Забыла, что ты наказана и должна сидеть в своей комнате?

— Ма-атушка-а! Ты же слышала, массив сработал, значит, кто-то приближается, — проговорила Шуцинь.

— Тебе-то что за забота? Ты, что ли, сражаться будешь, непутёвая девчонка? — пожурила дочь мать. — Твой бы ум и энергию на развитие ци и навыков алхимии направить.

— Сейчас никакая помощь не помешает, — искренно посмотрев на мать, ответила Шуцинь. Ей очень хотелось пойти посмотреть, что происходит, всё нутро дёргалось от волнения, словно кончик лисьего хвоста Банцао. — Тем более, что дядюшка Шу Лан разрешил мне ходить на занятия и убирать класс, а значит, мне можно выходить из комнаты… Нелогично ведь держать меня всё время взаперти… Ведь я же не могу ходить в учебный класс прямо из своей комнаты.

Женщина, немного замерев и задумавшись, недоумевающе посмотрела на дочь, ведь действительно, приказы противоречили друг другу.

— Матушка, спасибо! — девушка поцеловала женщину в щёку и побежала.

Очнувшись мать возмутилась:

— Я тебе ничего не разрешала! Шу Шуцинь! Вернись сейчас же!

Но Шуцинь уже и след простыл.

— Безрассудная девчонка, хитрая бестия, — проворчала женщина. — Ты такая суматошная, тебе бы мальчиком родиться, — она сложила руки на груди в замок, насколько позволили ей длинные свободные рукава с вышитыми цветками сливы.

* * *

Шу Шуцинь торопливо выбежала за ворота дома на улицу, с любопытством оглядывая окружающий серебристый, будто обтянутый водянистой энергией купол, сквозь который проглядывали тёмные небеса и луна.

Неожиданно, в одном месте, сквозь него просочились гости. Это были пятеро огромных орлов небесных молний, что несли на своих спинах по человеку. Когда они приблизились к земле, непоседливая травница разглядела седоков. Судя по робе жёлто-белого цвета и вышивке золотой черепи на ней — это были мастера секты Жёлтой Змеечерепахи. Впереди всех планировал вниз на огромной сиренево-серой птице с белой головой и немного светящимися перьями, сын главы секты Ян Фэнмин.

Девушка слегка разочарованно сникла:

— Это не демоны, это всего лишь братец Фэнмин.

Ян Фэнмин совсем недавно достиг звания мастера, что по общепринятому для всех сект стандарту означало, что его развитие на уровне золотой малой звезды, где малая, означало ранг, а золотая — ступень. Всего рангов звёзд было пять: малая, средняя, большая, затмевающая и абсолютная, причём последние два ранга могли быть только у бессмертных и великих бессмертных, и для людей были недостижимы.