Возвращение тамплиера. Дональд Трамп 44/45 – мессия из колена Иосифа

Интересно, что в книге в роли предводителя небесных воинств выступает Метатрон, являющийся, наряду с Шехиной (божественным присутствием; ее христианский эквивалент – София Премудрость Божия), одним из «небесных посредников». Кроме того, наименование Метатрон включает в себя значения стража, господина, посланника, посредника; он – причина богоявления в чувственном мире. Наряду с видом Милосердия, Метатрон наделен и видом Справедливости; он не только «Великий Священник» (Кохен ха-гадол), но и «Великий Князь» (Сар ха-гадол), и «вождь небесных ратей», то есть в нем олицетворяются как принцип царской власти, так и основа жреческого или понтификального могущества, которой соответствует и его функция «посредника». В целом, по Рене Генону, он двуаспектен: «светоносный» отождествляется с Микаэлем (архангелом Михаилом), «темный» же – с Самаэлем. Метатрон обитает на седьмом небе и является самым высокорослым ангелом, разве что за исключением Анафиэла. Книга Зогар описывает его размер как «равный по ширине целому миру». В раввинской литературе именно так описывался размер Адама до его грехопадения. Кроме того, Метатрон отождествляется с Яхве (Иакх). Согласно еврейскому средневековому наставнику Раши: «Наши мудрецы говорили, что этот (ангел) Метатрон, ибо его имя подобно Имени его Властелина: его имя имеет то же числовое значение (314), что и Всесильный (Шаддай – ישַׁדַ)ּ». Отсюда понятно, почему Метатрон есть высший в сонме ангелов и в мире бесплотных небесных сил, кому нет равного, и стоит он перед престолом Творца. Свет, исходящий от него, превосходит свет всех остальных небесных существ, и без его разрешения ни один ангел ничего не делает. На него перешла часть сияния от Небесного Престола, и ему известны все тайные решения Отца, Который на Небесах (ср. Ялкут, 44). Добавим еще, что образы Метатрона и Шехины, начиная со Средневековья и дальше, постоянно использовались представителями иудейской мистико-каббалистической традиции, в том числе Виленским Гаоном и Гиллелем Ривлином из Шклова. Из эзотерического иудаизма они перешли и в неортодоксальный и внеконфессиональный христианский мистицизм, стоявший у истоков софиологии и софианства. Некоторые православные богословы склонны видеть в Софии Премудрости Божией и Метатроне Сына Божия – Иисуса Христа.