Читаем Возвращение тамплиера. Дональд Трамп 44/45 – мессия из колена Иосифа полностью

В 1970-е годы в руках ученых появился еще один любопытный документ. Его опубликовал и перевел выдающийся британский библеист и сиролог, профессор в области сирийских исследований Оксфордского университета Себастьян Брок. Это рассказ о попытке восстановления Храма, написанный от имени Святого Кирилла Иерусалимского. В его руки попали копии, сделанные в сирийских монастырях в позапрошлом веке, однако есть основания считать, что оригинал был написан в IV или в V веке и, возможно, собственноручно епископом Кириллом Иерусалимским. Этот документ, повторяя уже известные нам факты, добавляет к ним несколько важнейших деталей. Во-первых, евреи сразу свалили «статую Ирода», стоявшую, по словам автора, на месте Храма. Скорее всего, речь идет о статуе императора Адриана, а не царя Ирода, ибо по- гречески оба имени звучат похоже. Кстати, статуя этого императора, лютого гонителя евреев, находилась на месте Святого святых разрушенного храма, что вызывало негодование со стороны религиозных иудеев. Впоследствии статую на какое-то время заставили вернуть на место. Вторая деталь – это дата. Документ сообщает, что землетрясение произошло 19 мая 363 года, в понедельник. Тот факт, что в нем реально указан день недели, служит дополнительным аргументом в пользу его подлинности. Но самое интересное, что именно в 363 году месяц май точно совпал с еврейским месяцем ияром, что случается довольно редко. Значит, канун землетрясения пришелся на 18 ияра, то есть на праздник Лаг ба-Омер: 33-й день по Омеру, счету дней от Песаха до Шавуота (Дарования Торы на горе Синай; Ветхозаветная Пятидесятница). В этот день прекратили умирать 24 000 учеников Рабби Акивы.

Другие хроники называют лишь месяц землетрясения. Датировка в источнике епископа Кирилла Иерусалимского заставила профессора Брока предположить, что совпадение с праздником Лаг ба-Омером не случайно: либо эта неудачная попытка восстановления Храма, запечатлевшаяся в народной памяти как важная дата; либо сама дата была уже известна народу, и именно к ней приурочивалось начало работ по реконструкции Храма.

Между тем землетрясение, случившееся в мае 363 года и повергнувшее восстанавливающийся Иерусалимский Храм, разрушило двадцать один город империи, в том числе и Петру. И гибель в бою с персами 26 июня императора Юлиана II отсрочило неоднократно предпринимаемые с тех пор попытки по возрождению иудейской святыни (следующая попытка, предпринятая через 250 лет в период Персидских войн, вновь не увенчалась успехом).

Удивительная историческая аналогия: попытка восстановления Иерусалимского Храма потерпела провал, в частности, из-за гибели Императора Юлиана в бою с персами; не разрушит ли и на этот раз шиитский Иран замыслы по построению Третьего Храма, однажды втянувшись в открытую войну на Ближнем Востоке или, как ее называют конспирологи, Битву конца? В этой связи возникает сложный вопрос: кто из царей ближе Дональду Трампу – Кир Великий или Юлиан Отступник? Но трагедия современного Израиля заключается в том, что евреи, в том числе знаменитый Институт Храма, стремятся восстановить отнюдь не Соломонов Храм, а иудейское святилище, реконструированное царем Иродом Великим (74–4/3 гг. до нашей эры). Этого идумеянина описывали как «сумасшедшего, убившего свою семью и множество раввинов», «злого гения Иудейской нации», «готового на любое преступление в угоду своим неограниченным амбициям»; и «величайшего строителя в еврейской истории». В таком случае проклятие Иродова святилища, разрушенного римлянами в 70 году нашей эры, может обратиться и на Дональда Трампа, когда срок подготовки пройдет и начнется реальное строительство Третьего Храма по лекалам Иродова сооружения. Поскольку и император Юлиан Отступник пытался воссоздать Храм по версии царя Ирода.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары
«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное