Возвышение и упадок Банка Медичи. Столетняя история наиболее влиятельной в Европе династии банкиров

В 1484 г. Лионетто де Росси сообщал в штаб-квартиру, что Пасхальная ярмарка прошла исключительно хорошо и что шелковые ткани продавались в больших количествах, чего нельзя сказать о парче. В апреле 1486 г. та же ярмарка отличалась хорошей посещаемостью и была бы успешной, если бы герцог Савойский не перехватывал товары из Италии и не отправлял их в Женеву. Как явствует из письма, на августовской ярмарке 1487 г. с деньгами было необычайно туго. На Крещенской ярмарке 1489 г. почти никого не было, кроме нескольких итальянцев, и Медичи пришлось при окончательном расчете покрывать дебетовый баланс в 130 марок. Пасхальная ярмарка, наоборот, привлекла множество посетителей, и денег было много. В 1491 г. на деловую конъюнктуру неблагоприятно повлияла война за бретонское наследство. Крещенская ярмарка проходила беспорядочно из-за нескольких банкротств и боязни, что за ними последуют другие. Дела находились в застое, а на денежном рынке наблюдался дефицит денег, но репутация Банка Медичи по-прежнему оставалась настолько прочной, что они давали за марку от половины до одного дуката меньше, чем по текущему обменному курсу.

После 1483 г. одной из главных забот для лионского филиала стала охота за пребендами для Джованни де Медичи (1475–1521). Сын Лоренцо, который в восьмилетнем возрасте постригся в монахи, в 13 стал кардиналом, а в 37 – папой. Поскольку Медичи много потеряли на своих операциях, они решили вернуть богатство и престиж, если нужно, за счет церкви. Задействовали все связи ради того, чтобы обеспечить приходами мессера Джованни, и духовными интересами церкви с радостью жертвовали ради неприкрытой и поразительной алчности. Особенно легкой добычей казались французские приходы, и лионскому филиалу велели подыскивать «вакансии».

Мессера Джованни едва успели постричь в монахи, когда лионское отделение раздобыло ему аббатство Фонтдус в Сентонже (1483). Вскоре, однако, оказалось, что на лакомый кусок существует конкуренция. Папа отдал приход Антуану Балю, епископу Сен-Пон-де-Томьера, брату Жана Балю (1421–1491), кардиналу Анжера и премьер-министру при Людовике XI. Потребовалось много дипломатического искусства, чтобы устранить этого серьезного соперника, и в конце концов аббатство осталось за мессером Джованни. Далее Людовик XI объявил о намерении сделать мальчика архиепископом города Экс-ан-Прованс. В дело немедленно вмешался Джованни Торнабуони; он приложил много усилий и надеялся на благоприятный исход, как вдруг Лионетто де Росси сообщил новость, приведшую его в замешательство – якобы покойный священник, поставленный на тот приход, оказался жив и здоров. Несколько месяцев спустя, когда названный священник действительно умер (28 января 1484 г.), скончался и Людовик XI. Регентша, Анна де Божё, отдала пребенду другому кандидату. После такой неудачи Медичи с надеждой смотрели на бенедиктинское аббатство Ла-Шез-Дьё в Оверни, – но и этот плод так и не упал к ним на колени. В качестве утешительного подарка мессер Джованни получил монастырь Сент-Жем в окрестностях Шартра. Неудача сопутствовала Медичи и с цистерцианским аббатством Ле-Пен возле Пуатье. Здесь монахи, проявив твердость, сами выбрали аббата и забаррикадировались, когда Козимо Сассетти приехал, чтобы захватить аббатство. Стычка окончилась поражением Медичи.

Лоренцо Великолепный гораздо больше преуспел в Италии, чем во Франции; ему удалось закрепить за сыном множество приходов. После краха банка они стали тем финансовым фундаментом, на котором Медичи снова поднялись к власти.

Иногда факторы Медичи получали необычные задания. Так, 4 декабря 1482 г. Лионетто де Росси настаивал, чтобы Лоренцо Великолепный исполнил просьбу умирающего Людовика XI, попросившего кольцо святого Зиновия, реликвию, которая, по слухам, была чудотворной. В письме Лионетто содержалась приписка: «Королю можно доверять в том, что он сразу же вернет его». Еще в одном случае Козимо Сассетти пришел в большое замешательство, потому что жираф, которого послали герцогине де Бурбон, умер по дороге.

После отъезда Франческо Сассетти в 1489 г. дела в лионском отделении какое-то время шли довольно гладко. Ликвидация старой компании продолжалась и тянулась до тех пор, пока Лоренцо Великолепный не отказался предоставить средства на выплату долгов, по которым неуклонно накапливались проценты. В результате дефицит продолжал расти. Поскольку невозможно было исправить прошлые ошибки и отрицать существование дефицита, Спинелли решил, что к вопросу следует подойти решительно и принести необходимые жертвы, чтобы избавиться от бремени. В этом он, несомненно, был прав, но Лоренцо не пожелал выставлять на продажу свои виллы или земельные владения – скорее всего, чтобы не ронять престиж.