Вперед, на Париж! Заграничный поход 1814 г.

В августе проводится знаменитый в военной истории смотр Русской Императорской армии в Виртрю. Это было грандиозное зрелище, немало поразившее союзников России: в параде участвовало 150 тысяч человек и 540 орудий!

Церемониальным маршем под военную музыку войск лично начальствовал император Александр I.

Английский фельдмаршал (он же фельдмаршал России, Пруссии, Австрии и Нидерландов) герцог Артур Уэлсли Веллингтон, победитель Наполеона в сражении при Ватерлоо, где он командовал англо-голландской армией, скажет, что никогда не смог бы представить себе, что можно «довести армию до столь высокого совершенства». Александр I наградил герцога Ватерлооского военным орденом Святого великомученика и победоносца Георгия высшей, 1‐й степени.

Высочайшие награды за смотр в Виртю не заставили себя долго ждать. Генерал-фельдмаршал Михаил Богданович Барклай де Толли удостаивается за образцовое состояние действующей русской армии по волеизъявлению государя пожалования «с потомством в княжеское достоинство».

Император Николай I продолжил «дело» старшего брата по возвеличиванию М.Б. Барклая де Толли (разумеется, за его истинные заслуги перед империей и Отечеством) как великого русского полководца. Что бы там ни писалось, но именно «неразгаданный» Барклай стал в истории России вторым человеком после генерал-фельдмаршала М.И. Голенищева-Кутузова, светлейшего князя Смоленского, имевшим полный бант военного ордена Святого Георгия Победоносца, всех четырех его степеней.

Именно Николай I Павлович стал инициатором созданию первых двух (из четырех) памятников заслуженному военному вождю войск государства Российского в войнах против наполеоновской Франции, в том числе Войны 1814 года.

Первый памятник великому полководцу, фактически руководившего штурмом Парижа, был торжественно открыт со всеми воинскими почестями в 1837 году на Казанской площади в столичном Санкт-Петербурге.

Второй памятник М.Б. Барклаю де Толли был открыт в николаевское царствование в 1849 году в эстляндском городе Дерпте (ныне Тарту, Эстония). Деньги на его создание были собраны по подписке в офицерских коллективах Русской Императорской армии, службе в ее рядах генерал-фельдмаршал посвятил всю свою жизнь.

В имперской России, перед началом Первой мировой войны, был открыт еще и третий памятник М.Б. Барклаю де Толли, в 1913 году в городе Риге (ныне столице Латвии). До наших дней он не сохранился.

В современной Российской Федерации русскому полководцу открыт четвертый по счету памятник – в городе Черняховске (ранее Инстербург) Калининградской области, на земле бывшей Восточной Пруссии.

К этому перечню следует добавить бюст командующего 1‐й русской Западной армии в Отечественной войне 1812 года, украшающий в наше время сквер Памяти Героев в древнем городе-крепости Смоленске.

Все эти памятники – дань памяти полководцу императора Александра I, который в день 18 марта 1814 года умело и твердо командовал русскими войсками, штурмом взявшими столицу наполеоновской Французской империи город Париж. Его падение стало венцом событий Войны 1814 года.

Русская армия (как и австрийская) не успела, да и не могла успеть к финалу «Ста дней» «корсиканского чудовища» Наполеона. Сражение при Ватерлоо (на территории современной Бельгии) стало «последней точкой» в военной биографии императора французов Наполеона I Бонапарта, в истории Наполеоновских войн. В битве, в которой французская армия подверглась разгрому, победу праздновали две союзные армии – англо-голландская и прусская.

После Ватерлоо Париж вновь оказался в руках союзников. Новый Парижский договор, в котором шла речь об оккупации союзными войсками северо-восточной приграничной части Франции, на сей раз предусматривал значительную контрибуцию в размере 700 млн франков. Еще 500 млн франков побежденная страна выплачивала на постой войск союзников до 1818 года на своей территории.

Из общей суммы контрибуции больше всех получало Прусское королевство – 158,8 млн франков (22,7 %). На втором месте оказалась королевская Великобритания – 125 млн франков (17,9 %). На третьем месте была Австрийская империя – 111,3 млн франков (16,3 %). Российская империя получала меньше всех держав-победительниц наполеоновской Франции – 100 млн франков (14,3 %). Другие контрибуционные выплаты Французского королевства составили 202,4 млн франков (28,9 %). Оно оказалось должником едва ли не всей Европы.

По Мирному трактату, заключенному 8 ноября 1815 года между Россией и Францией, на территории последней был расквартирован русский корпус. В статье 5‐й Мирного трактата указывалось:

«Полагая, что смутное и беспокойное состояние умов во Франции – сие необходимое следствие столь долго терзавших оную смятений… требует принятия временных чрезвычайных мер предосторожности и охранения, Высокие Державы признали нужным занять на время некоторые военные позиции в границах французских особенным корпусом союзных войск».