Врата Бога. Под сенью Ашшура

– О-о! Это ещё не всё! – усмехнулся немного запыхавшийся Ашшурбанапал. – Вот сейчас, после небольшого перерыва, будет вторая часть представления. И она тебя, князь, уж совсем должна удивить.

– Я в предвкушении, Великий государь.

Ашшурбанапал с прищуром посмотрел на посла и произнёс:

– Предлагаю перед этим представлением заключить пари.

– Пари?

– Да!

– Какое?

– Во дворе появится мой человек, и он сразится с двумя львицами. Причём, он будет с ними сражаться безоружным. И его никто не будет прикрывать.

– Я не ослышался? Ты не шутишь, Великий государь?

– Нисколько! Мой человек вступит в схватку с львицами и будет с ними биться голыми руками. Один на один! Вернее, один против сразу двух львиц! Которые будут здоровые и не накормленные.

У князя расширились глаза и брови поползли вверх.

– Безоружный человек сразится сразу с двумя львицами?! Одновременно?! О, великий Хумбан и всемогущая богиня Пинекир! Они же его не пощадят! Они его разорвут на части! Такое мне невозможно и представить!

– Князь, ты готов заключить пари? – переспросил эламского посла Ашшурбанапал, уже начавший терять терпение.

– Какие будут условия?– наконец сдался посол.

– Если мой человек не справится с львицами, я одарю тебя, князь, золотом. Ты его получишь столько, сколько весишь сам.

– Ну, а если… А е-если я вдруг проиграю? Хотя в это и очень трудно поверить…

– Сейчас я от тебя ничего не потребую. Но когда мне это понадобится… то ты выполнишь любое моё пожелание! Ну, так что? Ты готов, князь, заключить пари?

После достаточно долгой заминки и некоторых колебаний Тахрах, младший сын Шильках и племянник эламского правителя Уртаки, кивнул головой.

И вскоре после этого на арене появился великан.

Этот великан был обнажён по пояс.

***

– Кто это?! – переспросил Тахрах у севшего рядом с ним Великого царя.

Тот ответил:

– Это халдей, мой слуга.

– А как его зовут?

– Его зовут Бел-ибни. И надеюсь, что это будущий наместник Ура…

Поражённый эламит не удержался и покачал головой. Он ещё не видел таких громадных людей. Это была настоящая глыба, целая гора мускулов.

Вскоре на арене появились две крупные львицы, и представление, захватившее всех зрителей, началось.

***

Львицы не стали кружиться и медлить, а сразу же набросились на великана-халдея. На его везенье, одна из них опередила напарницу, и халдей страшным ударом отбросил её в сторону, а когда на него накинулась вторая, он отскочил, сделал захват сбоку и свернул ей мгновенно шею. Впрочем, эта львица успела перед смертью нанести ему несколько ран.

Великан поднялся, лицо его было бледное, он пошатывался, но всё же устоял на ногах. Он ждал, когда придёт в себя первая хищница, ненадолго потерявшая от его страшного удара сознание. А трибуны в это время ревели от неописуемого восторга. Но вот эта львица очнулась. Халдей бесстрашно подошёл к ней.

Львица вновь попыталась напасть на великана, и при этом она ему едва не вырвала кусок мяса из груди, глубоко поранив Бел-ибни своими когтями. Однако он сумел разорвать ей пасть.

Все уже стоя рукоплескали Бел-ибни, и Тахрах, никогда не видевший ничего подобного, выражал восхищение громче всех.

– Ну что, князь? – Ашшурбанапал посмотрел на Тахраха.

– Я проиграл пари, Великий государь, – произнёс младший сын Шильках. – И вынужден исполнить любое твоё желание.

– Придёт час, и я сообщу тебе о нём! – загадочно произнёс Ашшурбанапал.

***

Не прошло и двух месяцев после той памятной львиной охоты, которая была проведена во дворе Ниневийского дворца, как эламский правитель Уртаки и прятавшиеся при его дворе Бел-Икеш и князь Приморья, халдей Набу-шум-эреш, один за другим занедужили и после этого дружно задумали спуститься в царство теней. Все поговаривали, что их смерти как-то странно совпали, а кое-кто начал высказывать и предположения, что их могли отравить. Но кто это мог сделать?

Виновного людская молва так и не нашла.

Ну а кто им был, об этом знал наверняка тогда всего лишь один человек…

Но по этому поводу Ашшурбанапал лишь многозначительно и загадочно улыбался. Шильках возвела на трон Элама своего старшего сына, а князь Тахрах, её младший сын, поехал во вторую столицу Элама Мадакту, где и вступил в должность наместника.

Глава вторая

Старшей дочерью Асархаддона, отца нынешнего Великого царя, являлась Шерруа-этеррит. О! Это была ещё та вертихвостка! Если сказать, что нрав у этой девицы был скверный, то это ничего про него не сказать. Она с малолетства была сорви голова и привыкла получать всё, что ей захочется, но в случае если её желание не исполнялось, то наступала буря.

Вздорная, привыкшая к истерикам по любому поводу, а то зачастую и без повода, она всегда вела себя вызывающе и вне рамок приличия. С ней никто не мог совладать, и никто c ней не хотел связываться.

Но хуже всего было то, что она ещё и очень рано пристрастилась к разгульному образу жизни.