Врата Бога. Под сенью Ашшура

Он скинул с себя всё, что на нём было, вплоть до набедренной повязки, и возлёг на ложе. И тут же он почувствовал дыхание незнакомки.

Она осторожно приблизилась к нему и вначале слегка прикоснулась к его плечу, провела пальцами по спине, даже пощекотала за лопатками, а потом…

Незнакомка внезапно проявила необыкновенную прыть и, набросившись на него, обвила за шею…

***

Великан сразу же отметил про себя, что тело у незнакомки очень даже ничего, к тому же, не обрюзгшее, кожа на ощупь нежная, ягодицы упругие, а груди по девичьи выпуклые, и помимо этого незнакомка оказалась опытной и очень страстной. Уже вскоре она завела великана.

Бел-ибни настолько разошёлся, что, занимаясь с ней любовью, он совсем потерял счёт времени. Чего они только не вытворяли за те несколько часов, что были вместе! Обычно великан быстро доводил любую девицу до полного изнеможения, однако на этот раз ему попался равный соперник. Девица оказалась крепким орешком, и она, в конце концов, его переборола. Хотя она и была вдвое меньше его, но она оказалась на любовном ристалище не только опытнее, но и выносливее. Её стоны переходили в пронзительные крики. а потом всё это у неё сливалось со стонами вошедшего в не шуточный раж великана.

Наконец-то их стоны умолкли, и Бел-ибни, и незнакомка, совершенно уже измождённые, угомонились.

После долгого молчания, незнакомка произнесла:

– У ног скульптуры Иштар, стоящей слева, рядом с дверью, находится мешочек, там плата за твои старания. Я довольна тобой!

Бел-ибни поднялся с ложа, оделся и подошёл к скульптуре.

Судя по весу мешочка, плата незнакомки за свидание, наполненного несколькими часами бурной страсти, оказалась щедрой.

Бел-ибни был уже на пороге, когда незнакомка окликнула его:

– Э-э-эй, халдей, а ну ка постой-ка!

Бел-ибни остановился.

– Завтра в это же время вновь придёшь сюда! – произнесла повелительным тоном незнакомка.

И великан халдей послушно кивнул головой.

***

Весь день сослуживцы не давали прохода Бел-ибни. Они донимали его каверзными вопросами, а кое-кто осмеливался издеваться над ним и в открытую, всё спрашивая о его свидании, как оно прошло и чем же закончилось. Но Бел-ибни только в ответ хмурился и пыхтел.

Целую неделю Бел-ибни ходил в этот притвор и в кромешной темноте занимался любовью с незнакомкой, о которой толком ничего пока не знал. Ему было известно только то, что она являлась очень знатной особой. И лишь по истечении недели она ему наконец-то открылась и назвалась. И великан халдей узнал, что его новая любовница не кто-нибудь, а сама принцесса из рода Саргонидов.

Это оказалась сестра Ашшурбанапала!

И от её признания Бел-ибни едва не хватил удар.

***

Итак, великан-халдей превратился в любовника сестры самого Великого царя. Ну а она из-за него потеряла голову и внезапно для всех при дворе стала меняться в лучшую сторону.

Она прекратила пить, уже не пускалась во все тяжкие и вскоре переродилась в почти идеальную матрону. Теперь на людях она покрывала голову тканью и не выставляла свои прелести, как раньше, на показ любому. Но она настолько запала на халдея, что иметь его любовником ей было уже недостаточно, и она решила женить его на себе. Однако для этого он должен был занять достойное положение при Ассирийском дворе, и буквально через месяц, как у Шерруа-этеррит с ним завязались отношения, Великий царь присвоил великану генеральское звание.

Впрочем, старшая сестра Ашшурбанапала посчитала, что и этого было недостаточно. Она наседала на брата, и тот, в конце концов, сдался – после памятной львиной охоты, на которой перед зрителями великан предстал во всей красе, Ашшурбанапал направил его на Юг Месопотамии, наместником в Урскую область.

***

Ну а сейчас пора переходить к гаремам, и вот что хочу о них рассказать…

Если вы пожелаете узнать, где же впервые они зародились, то я вам отвечу, что на Востоке, а ещё точнее, в Ассирии. Сформировались окончательно они где-то к XIV веку до новой эры, а затем распространились и по другим восточным державам.

При Ассирийском царском дворе находился самый большой гарем того времени, в котором содержались не только жёны Великого царя, но и до семи сотен его наложниц. Эти самые наложницы являлись представительницами различных народов. Все они были юнные и у многих из них возраст не перевалил и за двадцать лет. Наложницы происходили из Вавилонии, Урарту, Элама, Мидии, с Кипра и из других стран. Не всем им нравилось их бесправное положение, и некоторые из них пытались любым путём возвыситься. Одной из таких честолюбивых девиц оказалась Лурина.