Врата Шамбалы

Русский граф А.П. Беннигсен, путешествовавший по Монголии двадцать месяцев — с апреля 1909 г. по февраль 1911 г., отмечал, что в этом специфическом по климатическим условиям регионе передвижение "на наших лошадях почти невозможно, пришлось бы везти за собой массу зернового фуража. Лучше всего пользоваться монгольскими или в крайнем случае забайкальскими лошадьми. На них летом легче проехать, чем на верблюдах, но и они тоже слабеют от жары".

В одной из монгольских народных песен, переведенных в начале XIX в. А.П. Фроловым, который сопровождал упоминавшегося Тимковского во время его поездки в Китай, есть такие слова:

Рыжий конь и с его иноходью,В свычном табуне гуляющий!Сколь красив ты в своем роде:

С чудной мастью гордый стан.

Обмен чая на лошадей в эпоху Мин разрешался лишь в специальных управлениях (кит. чамасы). Долгие годы одно из них находилось в Ячжоу (совр. Лань), в провинции Сы-чуань. В 1389 г. императору подали доклад, в котором предлагалось перенести это управление в другой город и одновременно уменьшить количество чая, выдаваемого за лошадь. Императорским указом чамасы оставили на прежнем месте, "за лучшую лошадь была утверждена плата в 120 цзиней чая, среднюю — 70 цзиней, за жеребенка — 50 цзиней".

С 90-х гг. XIV в. в торговле с тибетцами была введена система "золотых пайцз" (особых верительных бирок), просуществовавшая до середины XV в. Летопись сообщает, что упомянутому Ли Цзинлуну "приказано отправиться к тибетцам и заключить с ними соглашения о поставках лошадей в обмен на чай. На бирках… сверху было написано: "Приказ священномудрого императора", слева: "При совпадении половинок бирки надлежит выполнить поставки", справа: "Ослушавшихся казнить". Всего была роздана 41 пайцза… Нижняя часть пайцзы посылалась фаням (тибетцам. — Н.А.), верхняя — хранилась в качестве документа в дворцовых кладовых. Раз в три года командировали чиновников проверить, выполнили ли тибетцы поставки".

В конце династии Мин центральная власть угратила эффективный контроль над поставками чая и лошадей, но это вовсе не означало прекращения торговли между жителями соседних регионов. Чайный путь продолжал функционировать.

Глава II. НА РОДИНЕ ЧАЯ "ПУЭР"

О начале употребления чая в Срединном государстве существуют различные предания. Согласно одному из них, легендарный создатель китайской медицины Шэньнунши самолично испробовал "сто трав", не раз подвергая себя опасности отравиться. Однажды он спокойно лежал под чайным деревом, с листа которого ему в рот упала капля воды, согретая солнцем. Шэньнунши проглотил ее, сразу почувствовал прилив сил и с тех пор стал регулярно употреблять чай в качестве противоядия. Ему, в частности, приписывают такую фразу: "Чай лучше воды, поскольку он не переносит заразу, а также не является отравой, в отличие от грязной и тухлой воды из колодцев".

Существует буддийская легенда о возникновении чая, связанная с именем индийского миссионера Бодхидхармы (? —528 или 536 г.). Он считается основателем всемирно известного благодаря боевым единоборствам Шаолиньского монастыря (Шаолиньсы), который расположен на территории нынешней провинции Хэнань. Монах самосовершенствовался и умер в этих местах. Здесь он просидел без движений в замкнутом пространстве долгих девять лет, поэтому современники прозвали его "брахманом, созерцающим стену". В Шаолиньсы свято чтят память о наставнике медитации, а его чудесная переправа через реку Янцзы на тростинке камыша стала темой многочисленных картин и скульптур.

Рассказывают, что, удалившись от мира, Бодхидхарма поселился на склоне холма в уединенной хижине и вел там праведную жизнь, проводя все время в молитвах и благочестивых размышлениях. Однажды, когда он сидел, погруженный в свои мысли, нм овладела дремота. Голова опустилась на грудь, и веки сами стали смыкаться. Тогда, чтобы сон не прервал его размышлений, отшельник взял в руки острый нож и отрезал себе веки, но они, упав на землю, пустили корни и выросли. Так появился первый чайный куст. Крепкий настой из его листьев подбадривал человека, отгонял от него сон и усталость.

Со временем чай прочно вошел в народный быт. "Самые необходимые семь товаров в повседневной жизни: дрова, рис, масло, соль, соя, уксус и чай", — гласит китайская поговорка. Чаепитие стало особенно популярным в эпоху Тан. Именно тогда непревзойденный мастер чая Лу Юй (733–804 гг.) обобщил знания своих предшественников и написал знаменитый "Трактат о чае" (кит. "Ча цзин"), где подробно изложил историю происхождения и разведения чая, свойства напитка, процесс сбора и обработки, способы чаепития и т. д. Позже его стали называть "чайным святым". В книге современного автора Ван Лин "Китайская чайная культура", изданной в Пекине на английском языке в 2002 г., есть краткая биография бога чая (перевод Л.А. Калашниковой):