Всё как ты хотел, или (Не) мой дракон

– Что ты со мной сделала? Ты же целительница! Это противозаконно! – заскулил Сиплый.

– О законе вспомнил? – изумилась. – Что же ты о нем не вспоминал, когда ко мне лез и мерзости шептал? – Он заткнулся, а я спросила: – Почему сразу меня к нему не отвели, а заперли?

– Кто ж знал, что ты с самого утра из академии рванешь!

– Ну извините, не подумала, что доставлю вам неудобство! – огрызнулась с сарказмом. – Так почему я здесь?

– Слишком мелкая птица, чтобы из-за тебя важного человека будить, – уколол меня Сиплый.

– И когда же меня удостоят встречи?

– Когда сочтут нужным.

– Что ж, мне спешить некуда. А вот вам…

– Договаривай! – Сиплый напрягся, видимо, решив, что его здоровью опять что-то угрожает.

– У меня назначена встреча с его высочеством. В городе, к обеду. Если не приду, он очень удивится.

– А-ха-ха… – издевательски заржали бандиты.

– А у нас с Дролом! – прохрипел Сиплый, давясь от смеха.

– С кем? – переспросила.

– Дрол держит город, – пояснил Кислый. – Король теневого мира.

– Смейтесь, смейтесь! Хорошо смеется тот, кто смеется последним, – припомнила известную пословицу. – Посмотрим, как весело вам будет, когда его высочество поднимет весь город на уши, поняв, что я пропала.

– А не много ли ты о себе воображаешь, кроха?

– Передайте мои слова вашему Клыку. Их легко проверить. Кстати, который час?

Бандиты переглянулись и смеяться перестали. Слишком уверенно я держалась.

– Лучше сказать, – решил Кислый.

– Эй, я с ней один на один не останусь! Вытащи меня! – забеспокоился подельник.

– Ну надо же! А такой смелый был. Радовался, что мы одни остались, – поддела его.

– Что тебе от меня надо?! Я заложник?

– Да, собственно, ничего. Можешь идти. Надоели твои вопли. – Без распоряжения Клыка меня не отпустят, а сидеть в такой компании удовольствия мало.

– Ты издеваешься?! – Сиплый кивнул на свои ноги.

– Ах да.

Подошла ближе. Бандит весь скукожился, но отступать было некуда, и он напряженно ждал. Я дотронулась до него, снимая блокировку, и отступила. Едва ноги пошевелились, Сиплый вскочил от радости, тут же падая на колени. Вставать не стал, так и пополз спешно к выходу, отталкиваясь руками и ослабевшими ногами. Лишь у самой решетки с трудом подтянулся, держась за прутья. Обретя вертикальное положение, затряс закрытую дверь.

– Ты чего? Заснул?

Пока его подельник ходил за выброшенным ключом, он то и дело тревожно оглядывался, словно боялся, что брошусь на него.

– Не двигайся! – предупредил меня Кислый, открывая решетку.

Я лишь презрительно усмехнулась.

– Поспешите. В моих интересах переговорить с вашим Клыком, пока не поднялся шум.

Кислый, оправдывая свое прозвище, посмотрел на меня с мрачным видом, закрывая решетку за другом. Его подельник, ощутив себя в безопасности, злобно оскалился и только раззявил рот, чтобы сказать какую-то мерзость, как я рявкнула:

– Пасть закрой, урод! – От неожиданности он клацнул челюстью, а я продолжила: – Запомни, твое сердце уже раз остановилось. Если попробуешь еще кого-нибудь изнасиловать, оно остановится навсегда. И тебя уже никто не спасет!

– Врешь!

– А ты проверь. – И я нагло ухмыльнулась.

Глава 24

Опустившись на тюфяк, вернулась к дыхательным практикам. Уходя, бандиты забрали с собой факел, лишив меня даже слабого света. Я догадывалась, кто так подло мстит. Оставалось пожалеть о своей доброте. Уж лучше бы и дальше в камере валялся, скуля от страха.

Ждать пришлось не меньше часа. Время тянулось медленно, но меня согревало воспоминание о выражении страха в глазах Сиплого. Конечно же я блефовала, но он слишком труслив, чтобы проверить мои слова. Смелый только со слабыми беззащитными жертвами. Пусть я его не прокляла, но самовнушение тоже много значит. Теперь десять раз подумает, прежде чем принуждать кого-то и тянуть свои грязные лапы.

Если подумать, я оказалась еще в худшем положении, чем была, но хоть руки свободны. Хорошо, что не страдаю клаустрофобией, темнота давила. При отсутствии зрения обострился слух, и шаги я услышала заранее. Думала, что отведут к главному, но на самом деле это ко мне пришла делегация. Видимо, пример Сиплого напугал, решили не рисковать, выпустив меня.

Вначале появились два бугая с факелами, которые подозрительно осмотрели сидящую на тюфяке меня, потом Кислый принес кресло, поставил напротив решетки. И лишь после этого вальяжно подошел мужчина в красной рубахе и черном жилете, напоминавший цыгана смуглым цветом лица и черными как смоль волосами. Впечатление усиливал изогнутый кинжал, засунутый за пояс штанов. Не удивлюсь, если и в сапогах с отворотами припрятан клинок.

Мужчина сел в кресло, закинув ногу на ногу, и растянул губы в улыбке, которая не коснулась глаз. В свете факелов блеснул золотой зуб. Понятно, откуда кличка Клык.

При появлении бугаев я как сидела в позе лотоса с руками на коленях, так и осталась, показывая, что не опасна. Когда их главарь расселся в кресле, я с места не тронулась – нечего мне перед ним стоять, когда он сидит.

Некоторое время мы обменивались взглядами. Я не задавала глупых вопросов, зачем я здесь, не требовала выпустить меня, и он начал первым: