Все под контролем

Дальше, на другом берегу реки, возвышался Вестминстерский дворец. Я улыбнулся про себя. Если бы только в парламенте знали, в какую рань приходится вставать разведслужбам. Судя по новостям, которые передавали по радио, у нас, вполне вероятно, скоро будет новое правительство. Дело не в том, что я собирался или не собирался за кого-то голосовать. Ни Стоуна, ни Стэмфорда, ни Стивенсона уже много лет не существовало в реальном времени.

Сделав полный круг, я по той же дороге поехал обратно к Воксхоллу, чтобы еще раз оглядеть место предстоящей встречи. Оставалось убить еще какое-то время, поэтому я остановился и купил себе попить и сэндвич.

Место встречи по-прежнему выглядело в полном порядке. Мой план состоял в том, чтобы встретить Симмондса, петляя, дойти до моей машины и немного прокатиться. В этом случае я смогу контролировать окружающее. Смогу защитить себя и его.

Я припарковался метрах в четырехстах к западу от места встречи. Уплетая сэндвич, я в очередной раз выверял путь к своей машине. Выйдя, прошелся по дороге, было без пяти четыре. Оставалось только ждать, и я, прицениваясь, задержался у витрины магазина, торгующего мотоциклами. И решил, что действительно куплю один из таких себе в подарок. Нет, больше чем в подарок — в награду.

В 4.20 я зашел в тень арочных строений возле железной дороги, напротив выхода, которым, как я знал, воспользуется Симмондс. Мимо прошли один, максимум два человека — завсегдатаи клубов, бредущие домой или в другой клуб. Их пьяный смех всколыхнул тихий утренний воздух, затем снова воцарилась тишина.

Я заметил его впереди, сразу узнав по слегка подпрыгивающей походке и манере чуть заметно наклонять корпус вперед. Я видел, как он свернул вправо от выхода и остановился у перехода, собираясь двинуться в сторону пешеходного моста над перекрестьем пяти дорог, к железнодорожной станции. Я выжидал. Спешить было совершенно некуда; пусть сам подойдет ко мне.

Когда он переходил дорогу, я выступил из тени, остановившись под пешеходным мостом.

Симмондс улыбнулся:

— Как дела, Ник? — Он продолжал идти, кивая в сторону моста Ламбет. — Прогуляемся?

Это был не вопрос.

Я мотнул головой в другую сторону, в направлении своей машины:

— Я подогнал пикап.

Симмондс остановился и посмотрел на меня с видом разочарованного школьного учителя:

— Нет, лучше прогуляемся.

Встречу организовывал я, и ему следовало бы знать, что я позаботился о нашей безопасности. Симмондс еще несколько мгновений смотрел на меня, а затем, словно не сомневаясь в том, что я последую за ним, пошел дальше. Я двинулся следом, держась в шаге от него.

Здание парламента на другом берегу Темзы ярко светилось в темноте, как художественная открытка. Мы шли по широкому тротуару, идущему параллельно газону, за которым тянулся еще один тротуар, занятый торговыми точками, составлявшими часть сводчатых переходов.

Симмондс выглядел как всегда: узел галстука приспущен на полдюйма, костюм сидит мешковато.

— Итак, Ник, что там у тебя? — Он улыбнулся, но по-прежнему даже не посмотрел на меня.

Пока я рассказывал, что случилось, он ни разу не прервал меня, все так же смотрел себе под ноги и кивал. Я чувствовал себя сыном, который сваливает свои проблемы на отца, и это мне нравилось.

Мы шли уже примерно четверть часа, и мой рассказ подошел к концу. Настала его очередь хоть что-то сказать. Я ждал, что он все же остановится или, по крайней мере, найдет скамейку, где мы могли бы присесть, но Симмондс продолжал идти вперед.

— Никогда не ждал от тебя такой скрупулезности, Ник. — Он повернул ко мне голову и снова улыбнулся. — Кому еще ты об этом рассказывал?

— Никому, только де Сабатино и Эвану.

— А что — Эван или этот де Сабатино тоже получили копию дискеты?

— Нет, все у меня, — соврал я.

Даже когда ждешь от кого-то помощи, не выкладывай всех своих козырей. Никогда не знаешь, как все повернется в решающий момент.

Симмондс сохранял невероятное спокойствие.

— Мы должны быть уверены в том, что больше ни единой живой душе об этом не известно… по крайней мере пока. Это не просто какая-то мелкая взятка. Связи с ВИРА, Гибралтаром и, похоже, с УБН означают, что все это очень серьезно. Пока ты отлично со всем справлялся, так что позволь задать тебе один вопрос. — Симмондс помолчал, как судья, который неторопливо что-то обдумывает. — Как по-твоему — далеко это может зайти?

— Черт его знает, — ответил я, — но излишняя осторожность не помешает. Вот почему я хотел прежде всего начистоту поговорить с вами.

— А где теперь ребенок Браунов?

— В гостинице, уснула моментально, — снова соврал я. — Мне понадобится кое-какая помощь, чтобы передать ее старикам.

— Конечно, Ник. Все в свое время.

Несколько минут мы шли молча. Дошли до шлагбаума на углу автомобильного туннеля под линией железной дороги. Симмондс повернул направо, под арки. Потом заговорил снова, так, словно на все мои вопросы ответ у него был готов заранее:

— Прежде чем я смогу чем-то помочь тебе, мне, разумеется, нужны улики.

Он все так же не смотрел на меня и уверенно обходил лужи, расцвеченные пятнами бензина.